— Удиви меня!
— У тебя снова во врагах Повелитель.
Меня прервали лишь через два часа. Обнаружили куда раньше, но те, кто нас обнаружил, предпочли убежать куда подальше, трясясь от ужаса. Ими были как раз подружки Лилисанны — у эльфиек была точно такая же фобия, как и у нее самой. Я бы с удовольствием пожал руку тому «Повелителю Одежды», кто сумел оставить по себе такую долгую и нехорошую память.
— Лечь! Встать! Лапу! Голос! Апорт! Принеси монетку! Притворись мёртвой!
Все команды, кроме «Голос» собранный из цепей костюм выполнял быстро и технично, ровно так, как я от него хотел. Болтающаяся внутри цепной клетки девушка признаков жизни и рассудка уже не подавала. Пустое лицо, безжизненные глаза, тело, движимое лишь управляемыми мной цепочками. Возвращение в старые добрые времена, когда девушке увлеченно мстил созданный ей собственноручно маньяк даром не прошло. Рассудок Лилисанны взял себе долгожданный, но незаслуженный отпуск. Но перед этим поделился со мной всем, что меня интересовало.
В самом начале нашей игры в марионетку, брюнетка, полностью потеряв над собой контроль и трясясь в уже непритворном страхе проскулила, что её услуги по отношению к моей персоне требовались Абракадавру. Некроманта интересовала не только возможность вывести меня из строя и сознания на долгое время максимальным болевым воздействием, но и более щадящие варианты, способные, как он выразился, «отвлекать Джаргака от чего бы то ни было».
За эти услуги бывший Мастер Лиги мог предложить наёмницам многое. В том числе максимально комфортный старт в новом мире, без явной демонстрации талантов Лилисанны и Силис. На стороне Умного Ежа была самая настоящая летающая крепость и небольшая армия весьма боеспособной нежити, а кроме этого — он гарантировал девушкам безопасность и отсутствие последствий с моей стороны. Такие уверения, причем, уже давшие сбой, насторожили меня еще сильнее, но, подумав, я продолжил воспитательные меры вместо того, чтобы предпринять попытку к побегу.
К моменту, когда сам Абракадавр с конвоем подоспел к апартаментам волшебницы, разума в её глазах не оставалось даже на некрупную мышь. Неслышно вынырнувшие из стен кости захватили меня сзади и рывком прижали к стене, полностью блокируя всё, кроме хвоста, что сразу мне напомнило то, как я поступил с сиреневоглазой. Невозмутимо и неспешно втягивая в инвентарь часть своих цепей, я наблюдал за осматривающимся некромантом. Тот подошёл к лежащей на полу обнаженной девушке, посмотрел на нее, перевернул носком сапога на спину и склонился, рассматривая полуприкрытые в забвении глаза. Я невозмутимо молчал, в коридоре слышалось прерывистое эльфийское рыдание. Видимо, у одной из подружек всё-таки хватило духу бежать за помощью, а не прятаться.
Выражение лица выпрямившегося Умного Ежа не говорило ни о чем. Впрочем, даже если бы он сейчас улыбался и раздаривал окружающим эскимо, я бы всё равно ему ни на грош бы не верил. Нечто, скрывающееся внутри невысокого полненького человечка в затрапезном наряде заставило свою оболочку грустно улыбнуться, а потом произнесло всего одно слово:
— Накладка…
Сам разговор у нас состоялся в совершенно другом месте. Я не сопротивлялся, пока меня переносили четверо моих неживых копий, с надзирающим сверху Бенедиктом, чьи раскрытые страницы светились фиолетовыми письменами. Выяснить, что происходит для меня было куда важнее, чем вырваться на эфемерную свободу, где никто меня не ждёт. К тому же, «Чувство объёма», которое я уже почти никогда не выключал, показывало, что по соседним коридорам параллельно тому, по которому несли меня, идут еще три десятка боевых гулей модели «Джаргак». Их боевые качества я наблюдал из первых рядов, поэтому нисколько не сомневался, что массой они меня спокойно сомнут. На мирный исход разговора надежды не было.
В небольшой комнате, где из мебели было лишь три грубо сколоченных стула и небольшой столик, царил полумрак. Некромант, расположив меня на стене так, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза, сел, пояснив, что присутствие Эйнингена при этом разговоре крайне желательно. Нужно подождать. Я уже никуда не торопился, поэтому охотно кивнул, предварительно скосив глаза на системную панель отряда. В ней только что появились все трое зооморфов-«монахов» и еще один совершенно незнакомый мне тип. Странно.
Эдвард буквально ворвался в помещение, производя впечатление ко всему готового Бесса. Его руки находились у пояса в довольно странной позиции, как будто бы он принёс с собой невидимую бадью — он явно был готов материализовать свою чудовищную пушку. Увидев нас, маг замер на одном месте, о чем-то подумал, после ощутимо расслабившись.
— Как понимаю, разговор будет настолько серьезный, что чаепитие неуместно? — тряхнув короткими белыми волосами осведомился он, принимая недовольный вид.
— Именно так, мастер Эйнинген, — покивал ему Ёж, скрещивая руки на животе, в своей излюбленной позе старого дядюшки.
— А меня освободить никто не хочет? — осведомился я, получая в ответ два отрицательных покачивания головами.
