И раньше по ночам мне случалось становиться излишне чувствительной, но я как-то сама с этим справлялась. А в этот раз не смогла.
– Не знаю о чем ты думаешь, но прекрати. – велел Йен уже не так сонно.
Скосив на него взгляд, я вздрогнула. На меня из-под растрепанной челки смотрел светящийся в сумерках глаз.
– Не понимаю о чем…
– Чтобы справиться с эмоциями ты всегда задерживаешь дыхание. И что-то мне подсказывает, сейчас ты пытаешься успокоиться не потому что взволнована моей близостью.
Я медленно выдохнула. С этой дурацкой привычкой определенно нужно было что-то делать.
❂❂❂
За завтраком стало известно, что в последние дни состояние герцога Оркена ухудшилось, из-за чего он редко покидал свои покои.
На вполне закономерный вопрос:
– Твоих рук дело?
Йен оскорбленно посмотрел на меня.
– Считаешь, мне так не терпится занять место главы и погрязнуть во всех этих глупых, человеческих заботах? – из-за переполнявшего Йена негодования, вышло слишком громко.
Я шикнула на него.
В просторной и светлой столовой мы были одни, но это не значило, что никто сейчас не подслушивает под дверью.
Стол на шесть человек стоял в самом центре столовой, под красивой, трехъярусной люстрой, и находился далеко от двери. Негромкий разговор не смог бы выйти за пределы помещения, поэтому я старалась не повышать голос и одергивала Йена, стоило ему только забыться.
Из нас двоих мнительной и осторожной оказалась именно я.
В столовую вели две двери. Одна из коридора – для господ, и вторая со стороны кухни – для прислуги. Чтобы блюда на стол попадались быстрее и проще.
И вторая дверь медленно открылась. Показалась та самая служанка с желтым платьем. Теция. Настало время смены блюд.
Вкус еды я почти не чувствовала, хотя не сомневалась, что вся она безумно вкусная. Но оказавшись в столовой аристократов, вместо знакомой кухни пекарни, я сильно нервничала. Настолько сильно, что сначала хотела сбежать от Йена на кухню и позавтракать там. С глиняной посуды, в привычном месте.
– Тебе так неприятно мое общество, что ты отказываешься со мной даже поесть? – Йен неправильно понял мое желание и обиделся. – Предпочтешь мне незнакомых людей?
Это было несправедливо. Особенно после того, как ночью я разрешила ему остаться в моей комнате. И мирилась с его тягой к прикосновениям.
– Мне просто здесь некомфортно… – попыталась объяснить я.
– Хорошо, – Йен меня не дослушал, – тогда пойдем на кухню вместе. Служанки, конечно, будут шокированы. Возможно, кухарке понадобится нюхательная соль. Не исключено, что будут травмы.
Мне пришлось сдаться и поесть в столовой. Наедине с Йеном.
После завтрака он поднялся в покои герцога. Каждое утро действующий глава рода наставлял своего преемника на протяжении нескольких часов. Чтобы в будущем, Йену было проще.
Несмотря на то, что герцог фактически продал свой титул во имя мести, он хотел сделать все возможное, чтобы это не сказалось на тех, кто зависел от рода Оркена.
И пока Йен постигал непростую науку управления землями и делами герцогства, я потерянно бродила по дому, не зная куда себя деть. Мучилась я не больше получаса, после чего вспомнила важное – самые интересные сплетни можно узнать далеко не от аристократов, и не из газетных статей.
Кухню я нашла довольно скоро. Несмотря на приличное количество прислуги в доме, коридоры казались гнетуще безлюдными и тихими. Зато на кухне кипела жизнь.
На плите уже что-то томилось. Одуряюще пахло пряностями.
Встретили меня настороженно.
В первое утро я вынуждена была уйти ни с чем…
Но на следующий день предприняла новую попытку. Завоевать расположение местных слуг я могла только в промежуток между завтраком и обедом. Потому что во второй половине дня меня и Йена ждала изнуряющая работа в полупустой квартире магистра.
Работники дома сначала настороженно отнеслись к проявлению дружелюбия с моей стороны. Но для меня это не было проблемой. Долгие годы работы с людьми многому меня научили.
На третий день я уже сидела за одним столом с Тецией и двумя другими девушками – Амелией и Мари. Теция сказала, что они с Мари сестры, но я не могла приметить в них никакой схожести. Тация была рыжей, бледной и порывистой. Каждое ее движение казалось излишне стремительным и нервным. Мари же, русая, тихая, с россыпью веснушек на лице, напротив, старалась шевелиться как можно меньше и в ее скупых движениях ощущалась некоторая робость.
На службу к герцогу они попали благодаря кухарке, заправлявшей на кухне уже больше двадцати лет. Госпожа Брона была дочерью прошлой кухарки и знала этот дом и герцога Оркена с самого детства. Она была почти частью этой семьи и к ней прислушивались. Сама же госпожа детей не имела, но очень тепло относилась к детям своих друзей. Благодаря ее благосклонности девушки и получили эту работу.
Обо всем этом я узнала за какие-то полчаса, пока сидела на кухне, за маленьким столом у окна, с чашкой чая.