Вопреки произошедшему только что, неприятному инциденту, я чувствовала себя очень хорошо. Только сейчас мне стало понятно, как же сильно на меня повлиял тот случай с Гарибальдом. Его приставания были отвратительны, и мне даже вспоминать о них было противно. Моя попытка защититься вышла из-под контроля и я долгое время боялась, что он догадается о моих магических способностях. И мне просто было стыдно признаваться мадам, что ее племянник ужасный человек.
Долгое время все это тяготило меня. Но сейчас полегчало.
– И, как много ты мне не рассказывала? – спросил Кел мрачно. Для него последние новости были шокирующими и гнетущими. – Почему я узнаю обо всем последним? И что это за Гарибальд? Где мне его найти?
– Не стоит. Йен уже обо всем позаботился.
Кел открыл рот, собираясь что-то возразить, но передумал.
– Хорошо, если это был Йен. Я оставлю это ему. Но… кто еще тебя обижал, Шани?
Забота и беспокойство Кела обо мне были очень трогательными, я едва справилась с чувствами, чтобы не сгрести его в объятия. Это только смутило бы и его, и Несс, жадно следившую за нами.
– Знаешь, есть один мальчик, кажется, он живет на соседней улице, – призналась я, – и он постоянно ругает наши сезонные пироги с малиной. Говорит, они совсем невкусные. Но зачем-то все равно их берет…
Кел насупился.
– Я же серьезно, Шани.
Я уже тащила его к прилавку и Несс, игнорируя всю его серьезность и желание обо мне позаботиться. Гарибальд был неприятной случайностью, единственной проблемой, с которой я не смогла справиться собственными силами.
Несса тепло поздоровалась, старательно делая вид, что ей не радостно от присутствия Келэна.
– Мне было очень тревожно за тебя, – сказала она с укором, облокотившись о прилавок и взяв мои руки в свои, – ты так поспешно собралась и куда-то уехала, даже не сказала, где тебя можно будет найти.
Я искренне попросила прощение, но объяснить случившееся не могла. Мне не хватало воображения, чтобы правдоподобно соврать о том, что случилось тогда на кухне, а рассказать Несс правду я не имела права.
Благодаря вернувшейся в зал Лиссе, успевшей отмыть руки от налипшего теста, но не справившейся со следами муки на лице и волосах, я поняла, что никаких необратимых последствий визит магистра за собой не повлек. От облегчения стало хорошо и легко.
В спешке рассказав придуманную нами причину визита, я выжидательно уставилась на Лиссу. Кел, заметив это, последовал моему примеру.
Окажись на ее месте Несс, непременно смутилась бы, но Лиссу было не так-то просто выбить из колеи.
– Вот видишь, Несса, а ты говорила, что от моего любопытства нет толку! – торжествующе проговорила она, и с серьезным видом обернулась к Келу. – Значит, слушай…
Он засуетился, вытаскивая из кармана помятый блокнот и сточившийся до смешных размеров карандаш. На свою память Кел не надеялся, предпочитая записывать все, что считал важным.
Лисса рассказала о молодой паре, прибывшей в столицу на исходе первого летнего месяца.
– Они поселились в доходном доме прямо рядом с тем парком. И, поговаривают, что эта парочка очень неспокойная. Постоянно ссорятся то между собой, то с соседями. За лето дежурный смотритель из городской стражи, у них раз десять был.
Переглянувшись с Келом, мы тут же отвергли этот вариант. Альсы не стали бы привлекать к себе столько ненужного внимания, рискуя загубить план.
Еще Лисса рассказала о симпатичном парне, устроившемся в мясную лавку по соседству. Ходили слухи, что он встречался сразу с тремя девушками.
– Две из них недавно узнали друг о друге. Теперь этот неудачник от них прячется. Даже с работы уволился. Они обещали его оскопить, если найдут. – с одобрением добавила Лисса.
Несса готова была провалиться сквозь землю. Ее подобные темы всегда смущали, но в присутствии человека, который ей нравился, слушать о таком было особенно невыносимо. А Лисса, судя по горящим глазам, собиралась смаковать подробности.
– Не думаю, что он нам нужен. – сказала я, лишив ее возможности рассказать все, что знает. – Если этот парень встречался сразу с тремя, вряд ли у него было время еще и людей грабить.
Лисса не стала спорить. Ей просто нравилось, что ее слушают, поэтому она легко сменила тему, вспомнив еще о двух женщинах. Одна была настолько красивой, что ее однажды пытались похитить. А другая…
– Если честно, я даже не знаю, что про нее сказать. – призналась она. – Женщина средних лет. Неприметная такая. Про нее ничего интересного не известно. Правда, она домик снимает на границе квартала, тот, мрачный. Который проклятым считают. Но она приезжая, может и не знала, какие слухи ходят…
О старом домике и правда ходило много слухов. Поговаривали, что все, кто в нем жили, умирали в первое же полнолуние. Хотя, это были просто страшные сказки, ничего общего не имевшие с реальностью. А домик никому не нравился, потому что дерево, из которого он был построен, со временем потемнело. Он стоял как бы особняком от других зданий, скрытый старыми деревьями и поросший диким виноградом и овитый плющом. Все это придавало ему заброшенный и зловещий вид, на котором и держались все эти сплетни.