– У себя? – спросил он, передавая пальто и шляпу лакею.
– У себя, только заняты они сейчас. Заняты, – пробормотал лакей.
– Не для меня, – сказал молодой человек и, не слушая старика, помчался вверх по лестнице.
– Очень не велели пускать, – прокричал лакей, печально глядя на стремительного молодого человека.
Она вышла навстречу, услышав шум. Взволнованная, с пылающими щеками и мокрыми от слез глазами. И платье на ней было особенное, одетое единственный раз на бал, что устраивала Её Высочество.
– Боже мой, – выдохнул молодой человек, – как же вы прекрасны, если бы вы знали, как вы прекрасны!
– Какая удача, что вы пришли, – залепетала барышня. – Ведь если бы не вы, не пережить мне этих двух страшных месяцев. Но теперь всё позади. Вы мой рыцарь и должны разделить со мной радость. Идёмте же, идёмте.
Она крепко сжала его запястье и буквально силком потащила в комнату. Там у окна сидел в военном мундире крепко сбитый поручик. Правая сторона его лица сохранила след ожога, что, впрочем, не испортило его внешности, а напротив, сделала её более мужественной. Левая рука безжизненно висела на лямке, а на груди красовался георгиевский крест. Увидев гостя, поручик встал и учтиво поклонился. И молодому человеку стало ясно, что он действительно опоздал. И уже никакие, пусть самые резвые кони не спасут его, как бы не гнала их плеть…
– Я слышал, ты… – он так и не договорил фразы, а обладатель георгиевского креста рассмеялся, отчего лицо его неожиданно приняло детское выражение, произнёс:
– Оказывается, в наших краях быстро распространяются не только дурные, но и хорошие вести.
Потом они курили на балконе, и поручик поведал, как случилось, что вся родня целых два месяца считали его убитым. И о том, что после взрыва и внезапного наступления турок его, раненого, без сознания, увезли в госпиталь, а на месте боя, когда позицию вновь отбили наши войска, нашли другое, мёртвое тело. Дело на войне обычное, но вот родныеособенно, невеста как настрадались! Даже в церкви отпели. Но, слава Богу, не призвал Всевышний вояку на небеса.
– Когда свадьба? – поперхнувшись вопросом, спросил молодой человек.
– По мне, чем скорее, тем лучше, – ответил поручик. – А тебе я так благодарен! Ты даже не можешь себе представить, как. И тебя первого приглашаю. Ты даже не друг. Ты брат. Если бы не твоя опека, она бы не вынесла всего этого. А её бы не стало, и мне не жить.
