– Это понятно. Все вы на чужом горбу катаетесь. Была бы моя воля, собрал бы я вас в одну кучу… – сказал он, сверля собеседницу глазами.
– А ты? Ты ни на ком не наживаешься? Болью людской живёшь, и за людской страх тебе денежки платят. Вот в прошлом месяце, когда чужие вещицы ворошил, не преминул себе цепочку серебряную в сапог положить, – улыбаясь, сказала цыганка.
– Это ты что же такое на меня наговариваешь, гадина? Когда это я чужое ворошил? – капитан побагровел от злости.
– Вроде, у вас это засадой зовётся, когда в чужой дом вламываются, чтобы хозяина дождаться. Что? Не было? Видишь, милок, опять я ошиблась. Нету во мне ничего для твоих учёных людей, – она снова раскатисто захохотала, и, подмигнув, добавила: – А на цепочке, вроде как крестик был – тоже серебряный, только червлёный.
– Всё, тётка! Утомила ты меня. Рыжий, иди-ка сюда.
В дверях возник конопатый детина.
– Вот что, Рыжий, я сейчас выйду, похлопочу о машине, а ты погляди-ка за дамочкой, чтобы она ничего здесь не увела. Тётка, – обратился он к цыганке. – Не вздумай с ним шутить. Он и шею свернуть может, и стреляет без промаха.
– Прямо так хорошо стреляет? – удивилась она. – А в туза, к примеру, с шагов пяти попадёшь?
– С пяти шагов в блоху попаду, – ответил Рыжий.
Цыганка восхищённо цокнула языком:
– Вот сразу видно, положительный мужчина. Много по людям-то стрелять пришлось?
Рыжий вместо ответа только криво усмехнулся.
– Вот ему я, пожалуй, карты брошу.
– Во как?! – удивился молодой человек. – Мне, значит, никак, а ему – пожалуйста.
– Для тебя я шибко большой интерес представляю, а он обо мне и не вспомнит никогда, – ответила цыганка.
Как заправский фокусник она извлекла из складок цветастого платья колоду, и быстро стала раскладывать карты вокруг крестового короля.
– Ждёт тебя, красавец, дорога дальняя в дом казённый. Ох, неприятности у тебя. За жизнь человеческую платить придётся.
– За какую ещё жизнь? – спросил Рыжий.
– А сейчас узнаем. Видишь, вот туз пиковый выпал. Смотри, аккурат остриём вниз. Это, конопатенький мой, смерть.
– Чья смерть, тётка, говори яснее? – спросил моложавый капитан.
