К пяти вечера все уже знают, что Томаса уволили. Песнопений сегодня не будет. По комнате блуждает нервозный трепет. Сил давно не получала посланий от Сананды. Может, ее связь ослабла? Принято решение оставаться у Сил до тех пор, пока Сананда не свяжется с ними и не скажет, что делать дальше. К восьми вечера комната устлана спальниками и пустыми пачками из-под «Доритос». Рейлин и Боб собираются уходить, и от этого разброда только хуже, ведь чтобы Сананда смог выйти на связь, плотность должна увеличиваться —
Артур и Сьюзен сидят у ног Армстронга, как спаниели или как верные последователи. Они хотят, чтобы университет восстановил его в должности. Потому что, как говорит Сьюзен, «это просто нечестно». Артур добавляет: «Мы начнем сбор подписей».
Томас припоминает муки святых. «Нет, — произносит он. — Не надо ничего делать. Всё это только подтверждает истинность учения. Я держался за эту работу. Но теперь я готов. Я отдаю себя в Их руки».
Рейлин, Гарольд, Ли и Боб не столь уверены. Они захватили рюкзаки — вдруг Сананда их всё-таки призовет. Но вообще-то они могли бы уйти хоть сейчас.
— Он святой, — восторгается Айлин. — До чего же он вдохновляет.
И тут Бетти не выдерживает. Три недели назад, когда она приготовила торт — летающую тарелку, все были так счастливы, а она так старалась, не только ради Томаса, но и ради Боба тоже, и ради Рейлин, и Айлин, она пожертвовала гораздо большим, чем они думают, а вчера та анорексичная сука-администраторша рассказала боссу, что Бетти перестала наращивать ногти —
Бетти вскакивает из кресла. «Неужели всем наплевать? — кричит она. — Сегодня меня уволили из салона».
Томас роняет голову на колени. Лицо Сил заволакивает гадкое чувство вины.
В дверь звонят. Она открывает. «А, Грейс, — вздыхает она, — это ты». Рядом с Грейс — невысокая бледная девушка, похожая на панкушку. Сил не ждала новичков. «Это моя подруга Грэвити». У Сил появляется идея.
— Грэвити, — говорит она, — мне нужно поговорить с тобой на кухне.
Грэвити смотрит на Грейс и громко сглатывает.
На кухне Сил припирает Грэвити к машине для льда. «Сегодня мы должны получить указания от Сананды, — говорит она. — Было сказано, что в конце появится незнакомец».
Глаза Грэвити раскрываются шире.
— И вот пришла ты!
Улыбаясь, Сил провожает Грэвити внутрь. Она сообщает группе: «Нас поведет Грэвити».
Грэвити спешно пытается вспомнить всё, что Грейс рассказывала ей о ИИГ, о кассетах и заметках. «Давайте — эмм — помедитируем», — говорит она. Рейлин и Гарольд скептически разглядывают девушку. Почему она? Но исключать хоть какую-то возможность уже слишком поздно, и все нехотя берутся за руки. Ничего не происходит. Она смотрит на Сил, надеясь на ее поддержку, но та уставилась в потолок. Грэвити выглядит очень серьезной. «Я думаю, Сил должна сказать пару слов».
Сил всячески пытается скрыть глубокое раздражение, которое у нее вызывает эта девушка. «Мы собрались здесь по особому случаю, — разъясняет она поучительным тоном. — Мы почти у цели». Она откидывает голову назад на манер медиума во время спиритических сеансов. «Мы просим указаний о том, как покинуть этот мир».
В ответ раздается лишь гудение электрических лампочек.
— Грэвити? Ты ничего не хочешь добавить?
Грэвити пожимает плечами и качает головой: «Нет!»
К этому моменту присутствующие уже готовы разомкнуть руки. Айлин в отчаянии. Боб и Рейлин возмущены. Даже Томас понятия не имеет, что им теперь делать. А затем из кресла Бетти раздается отрывистое фырканье, громче, еще громче, она хватает ртом воздух, и из ее груди пытается вырваться голос Сананды —
— Ко мне пришли слова! Ко мне пришли слова! Ко мне пришли слова!
Все поворачиваются к Бетти, чье огромное тело сводит судорогой —
— Я САНАНДА! Ко мне пришли слова, ко мне пришли слова! Говорит Сананда! Нет, нет, не может быть, что это Я… Он говорит, хороша была Та, что вела вас, но — ох, не может быть, — сегодня вечером я знакомлю вас с пророчицей — Самой Бетти — величайшей из тех, кто когда-либо был или будет.
После этого дух исчезает, Бетти излучает довольство.
— А как же указания? — спрашивает Гарольд.
Сьюзен садится у ног Бетти.
— Сил ошиблась. Их огласит Бетти.
— Нам необходимы указания.
Айлин в растерянности.
— Не понимаю, что всё это значит.
— Я не могу описать, что произошло, — говорит Бетти. — Но это было по-настоящему. Он говорил через меня.
Все, кроме Сил, которая вышла на кухню, чтобы набраться смелости и всё отменить, столпились вокруг Бетти, как ученики доктора Шарко. «Просто отключи мозг!» — кричит Томас. «Я пытаюсь», — отвечает Бетти, она знает, что все застыли в ожидании, поэтому она снова закрывает глаза и говорит: «Я Сананда». Двенадцать голов придвигаются ближе, затаив дыхание. Сьюзен берет Бетти за руку. «Я благословляю вас ныне и навеки, и навеки, и навеки». Гарольд впивается взглядом в Томаса Армстронга. «И навеки, и навеки, и навеки». Томас качает головой, теряя надежду. «И навеки, и навеки, и навеки». Сьюзен поворачивается к Гарольду, но Бетти хватает ее за руку — «и навеки, и навеки, и навеки».