- Я видел, как его присоединили.
Жанна перевела дух.
- В лодке, на вечерней заре? - уточнила Жанна.
Зайцев кивнул. Жанна облегченно рассмеялась.
- Расслабьтесь, Виктор. Это новый ритуал инициации у аборигенов. Имитируется инсайт молодого воина. Лауро его как раз вчера проходил.
- Зачем?
- Юный або, с одной стороны, как бы впускает в себя мудрость и силу Джи, - терпеливо объяснила Жанна, - с другой, спасает себя от настоящего инсайта. Ведь присоединиться можно только один раз.
- Он смотрел как пин, - сказал Зайцев.
- Молодые або подражают взгляду и движениям пинов.
Жанна улыбнулась чему-то своему.
- Лауро - не пин. Он просто глупый мальчик.
Жанна скорчила сердитую гримаску и повела голым плечом - нет, в данном случае, обнаженным плечиком. Хотя климат на острове, в принципе, не располагал к пышным одеяниям, раздетость Жанны определенно содержала недвусмысленное послание.
Девушка пальчиком придвинула в сторону Зайцева высокий бокал с чем-то подозрительно ярким.
- Попробуйте, казак, это местный тонизирующий напиток. Безалкогольный, если Васэто волнует.
Зайцев взял бокал и осторожно отхлебнул. В голове немедленно заплясали чертики. Жанна манерно вздохнула.
- Вы одичали в своем одиночестве, Виктор. Устроили мне допрос с порога. Чуть ли не сцену. Но я Вам прощаю на первый раз. За это удовлетворите мое любопытство. Хочу узнать о Вас побольше.
Зайцев осторожно присел на стульчик.
- Я готов.
- Для начала - что у Вас за фамилия? Она ведь не русская, больше на немецкую похожа?
- Да нет, почему, вполне русская, - Зайцев пожал плечами.
- И что это означает по-русски?
- В некотором смысле...- Зайцев замешкался, - сын зайца.
Жанна хихикнула.
- Зайчонок? Звучит совсем не героически.
Зайцев рассмеялся и чуть не свалился со стула.
- По-моему, стульчик для Вас маловат, - как бы мимоходом сказала Жанна и показала на кушетку рядом с собой, - Садитесь сюда.
"Хм" - подумал Зайцев.
- Так Вас так угораздило - с фамилией?
- В русском языке слово "заяц" еще означает безбилетник, - объяснил Зайцев, - По семейной легенде, моего пращура мальчишкой обнаружили спрятавшимся в трюме парусного корабля в открытом море. Отлупили, дали форму не по росту и взяли в юнги. Поскольку фамилию малец то ли не знал, то ли не захотел называть, чтобы не отослали домой, окрестили Зайцевым. Оттуда наш род и пошел.
- Ага, - протянула Жанна, - То есть, Вы - потомственный путешественник?
Зайцев развел руками.
- Плыву, куда течение принесет. Или ветер.
- Ну, не прибедняйтесь, Виктор. Профессор о Вас высокого мнения.
- Неужели? - шутливо удивился Зайцев.
- Да, - Жанна согласно тряхнула головой, и вьющийся локон очень красиво упал ей на щеку, - Эдвард находит в Вас скепсис, независимость, смелость и умение стойко переносить несчастья ближних.
- Даже так? А разве это достоинство?
Взгляд Жанны посерьезнел.
- За прошедшие два года я видела достаточно мужчин, бледнеющих от вида чужой крови. От них крайне мало толку в настоящем деле. И видела законченных ублюдков, на скорую руку сооружающих из трупов бруствер. И спасающих оставшихся в живых.
- А чем Вы занимались эти два года?
- Прокладывала кабеля и строила ретрансляционные вышки в труднопроходимых местах. Разумеется, не одна. Этим занимаются большие мобильные отряды. Я входила в один из них.
- Для ретрансляции чего? - не понял Зайцев.
- Для ретрансляции Пана, Виктор, - холодно ответила Жанна.
Повисла пауза. Жанна вздохнула.
- Владения Пана заканчиваются там, где нет устойчивых мощных каналов связи. Таких мест на земле много. Арктика, Сибирь, Амазония, Сахара. Пан сейчас энергично ликвидирует белые пятна, отправляя туда бригады интактов. Я работала в Сахеле и в джунглях центральной Африки. В обоих местах местное население реагировало враждебно. Сначала бедуины в Сахеле, потом масаи в Африке уничтожали оборудование и убивали рабочих. Несколько раз я оказывалась в центре настоящей битвы.
Зайцеву представилось это величественное зрелище: тысячи новых конкистадоров, бредущие напролом через джунгли и тайгу, вступающие в схватки со свирепыми туземцами, по колено в болоте и по пояс в снегу строящие установки, которые однажды раздавят их сознание и сожрут мозги.
"Пора", - подумал Зайцев.
- Представляю, как Вам тяжело пришлось... - Зайцев придвинулся к Жанне, почти нависнув над ней.
Жанна вздохнула и отодвинулась.
- Тяжело? Да. И интересней, чем вся предыдущая жизнь.
Женщина встала, встряхнула волосами перед зеркалом. Он поднялся за ней, приобнял ее. Жанна убрала его руку. Зайцев почувствовал, что это уже не кокетство.
- Вы не оправдали моих надежд, Виктор. Я думала, развеюсь с Вами, отвлекусь от мрачных мыслей. А Вы только заставили меня вспомнить то, чего я вспоминать не хотела. Уходите.
