– О, а ты, полагаю, и есть тот самый псих, – он замотал головой, словно искал что-то. – С помощью космической жидкости, дубина. Сейчас, погоди. Поднимусь и откручу тебе голову.
Странно, что Лиям не сразу почувствовал присутствие Азаруэля… Если он знает точное количество людей в центре, то почему с опозданием заметил появление чужака? Напрашивалось одно объяснение: может Лиям и управлял всем зданием, но у его способности был радиус использования. Как у лампы: чем ближе к ней, тем ярче свет, но чем дальше – тем тусклее он становится, пока полностью не рассеется во тьме.
«Еще одна брешь в его силе. Первый этаж – в пятнадцати метрах от четвертого, поэтому там скорость реагирования замедлена. Вполне вероятно, что и стены у выходов восстанавливаются медленнее, чем на верхних этажах. Это шанс. Нельзя дать ему спуститься!»
– Азаруэль! – останавливая его, крикнул Тень. – Он управляет всем зданием, в том числе его формой. Найди Айрис и выведи людей как можно скорее.
«А я его задержу. Насколько смогу»
Оставалось лишь надеяться, что Айрис тоже услышала его и уже побежала вниз. Лиям сдвинул брови и уставился в пол, точно увидел и почувствовал то, что другим недоступно.
– Вот же девчонка, – выплюнул он. – Ненавижу девчонок.
Айрис показалась у пролета на третьем этаже, с обратной стороны. За ней к эскалатору бежало не меньше двадцати человек.
– Куда собрались?! – завопил Лиям, бросаясь вперед.
В ту же минуту эскалатор, будто пластилиновый, вытянулся дугой и скрутился в узел, делая невозможным спуск по нему.
– Назад! – Айрис выставила руки в стороны, удерживая людей, и двинулась назад. – Не подходите к краю!
Оставался второй эскалатор на другом конце этажа.
Тень бросился в атаку. Это, кажется, сбило Лияма с толку, и он попятился. Тень на бегу вырвал кусок перил и ударил его в бок. Приглушенный хруст пронзил слух. Как давно он не вредил людям вот так. Разум кричал ослабить напор, но тело действовало, словно механический солдатик. Даже спустя тысячелетия Тень помнил приемы, которым его когда-то обучили. Ни единого лишнего движения, железная труба ощущалась в руках легким бамбуковым стеблем. Удар по ребрам слева, тут же замах на правое плечо и локоть. Лиям что-то бессвязно кричал. Он оказался совершенно беспомощен в ближнем бою, и все равно нельзя было давать ему ни секунды передышки, чтобы он не вернул контроль над зданием.
Тень с силой ударил Лияма по коленям, опрокинув на спину, – и встал над ним. Снова поднял трубу и стал медленно вдавливать ему в грудь. Недостаточно сильно, чтобы убить, но достаточно болезненно, чтобы Лиям не мог думать о людях, которые прямо сейчас спускались вниз.
– Жестоко! – Лиям схватился за трубу. Кажется, хотел на нее повлиять, но тщетно.
– Все-таки для контроля предметов тебе нужен покой. – Тень заметил, как ткань его свитера вокруг трубы пропитывается кровью, но давление не ослабил.
– Я знаю, ты все равно меня не убьешь!
– Ты прав, Лиям. Даже такого как ты я не хочу убивать. И дело тут даже не в том, что скажут другие.
– Вот, ты же добрый! – по вискам Лияма скатились слезы боли, от криков и стонов он охрип. – Может, тогда отпустишь меня? Я остановлюсь, обещаю! Я уйду сейчас же!
Тень был бы рад наивно поверить ему. В редкие моменты вроде этого на душе у него всегда было гадко, а после требовалось время, чтобы оправдать себя. Бывало, он поддавался на мольбы о пощаде не зря, но Лиям… пока он говорил одно, в глазах горело другое. Он просил о милосердии, а сам явно не собирался усмирять собственную жажду насилия.
– Люди часто пользуются моей добротой, – заговорил Тень. – Да, я не убиваю… но могу причинить достаточно боли, чтобы победить. Я знаю всю вашу анатомию вдоль и поперек. В тебе нет ни капли света и доброты, а у меня нет надежды на то, что они появятся.
Лиям слушал жадно, словно ребенок, которому читали сказку, но из-за бегущих слез едва ли видел Тень перед собой.
– Такая честь слышать это, Миру, – прохрипел он, ослабив хватку на трубе. Казалось, вот-вот смирится с поражением. – Может, ты все-таки отступишь от своих принципов? Я столько распинался перед тобой, а ты так легко меня уделал какой-то трубой. Я даже среагировать не успел. Стыдно даже как-то. Может, ты покончишь с моим позором?
Тень нервно сглотнул. В охватившем его порыве было что-то дикое – до мурашек и странной дрожи в поджилках, от которой передергиваешься всем телом. Редко Тень испытывал подобное, а когда все же доводилось, – старался не думать об этом. Он хотел ответить как обычно, но в этот раз не мог отделаться от ощущения, что нагло врет самому себе:
– Я никогда не убивал и никогда не…
Откуда-то снизу донеслась череда выстрелов и тут же – пронзительные крики. Тень отвлекся – и в тот же миг Лиям резко оттолкнул трубу, перевернулся на живот и воздвиг вокруг себя подобие неприступного саркофага из плитки, бетона и железных прутьев.
Пришлось отступить. Получается, он тут не один?! Есть еще кто-то из детей Зотиса?
