Курт замер, от испуга даже моргнуть не мог. Он боялся услышать этот вопрос вслух. Одно дело, когда в голове проносятся странные мысли и вопросы, на которые не хочется отвечать даже самому себе, но совсем другое, когда слышишь их от человека, который видит тебя насквозь и не даст увильнуть от ответа. Даже если промолчишь, он все прочтет по твоим глазам.
Хантер отложил дощечку на круглый высокий столик рядом с мольбертом и кистью нанес последние штрихи – на зрачки бездонных несчастных глаз.
– Ты самая ценная оболочка для Зотиса. Придерживайся цели хотя бы ради всеобщей безопасности. Тебя ведь разозлило то, что ты увидел сегодня? Разве тебе еще больше не захотелось стереть его в порошок? Тебе обидно? Так держись за эти чувства и не ищи в нем что-то хорошее, не вздумай оправдывать. Какая разница, кому и что он сделал, если ты остался ни с чем? Он аномалия. Он опасен. И пусть даже не намеренно, но он не спас твою семью, хотя мог. Постоянно держи это в памяти.
Курт сглотнул и мотнул головой в сторону.
– Значит, ты продолжишь работать с Лиямом?
– Какая резкая смена темы, – Хантер упер руки в бока и покачался на месте. – Пока да, продолжу.
– А как же та девочка, которую он держит в своей комнате?
– Еще жива, насколько знаю…
– Ты знаешь, о чем я говорю, – отрезал Курт, неосознанно шагая вперед. – Он может навредить ей в любой момент.
– Он навредил уже куче людей, но ты и вполовину столько не убиваешься, сколько из-за этой девчонки.
Эта горькая правда уколола Курта. И правда, он выглядит двулично… Но ведь жертв терактов ему было точно не спасти, он не смел мешать планам Хантера. А Мэвис тут, совсем рядом. Что он за человек такой, если не может помочь одному ребенку?
– Неужели ты готов идти на такие подлости? Ради сделки с каким-то психопатом. Оно того не стоит.
Хантер усмехнулся, скрещивая руки на груди. Кажется, чем больше Курт пытался до него достучаться, тем больше это его забавляло.
– Красиво ты заговорил. Мне нравится. Но я не понимаю, почему для тебя это такая новость. Мы ведь знакомы не первый день.
– Я просто вижу, что это бессмысленное насилие.
– А мне кажется, что ты заразился альтруизмом от Тени. – Хантер взял холст с мольберта, поставил на пол у стены и сел перед ним на корточки. – Сам не свой после встречи с ним.
Курт раскрыл рот. Что это за намеки, что за нелепые сравнения с Тенью? Курт не почувствовал бы себя более оскорбленным и задетым, если бы ему дали пощечину у всех на виду.
– При чем тут Тень? – выпалил он. – Любому нормальному человеку понятно, что нельзя убивать детей! Даже такому, как я.
– Но, видимо, я ненормальный, – размеренно ответил Хантер, продолжая рассматривать свою работу.
– Перестань, Хантер. Ты не можешь быть таким. Она же маленький ребенок. Что если бы Иван так похитили?..
Да, это была манипуляция, наглая и неприкрытая, но Курт не мог остановиться. Хотел узнать, как далеко сможет зайти.
– Вспомни себя. Как ты места себе не находил, пытаясь ее найти – маленькую девочку в огромном лесу! Ты годами искал ее. Надеялся, что она выжила. Быть может, точно также сейчас и мать ищет Мэвис…
Хантер вскочил, и Курт вздрогнул. Вся смелость разом куда-то улетучилась, мысли разбежались, а в ушах все еще звучала незаконченная тирада. Но Хантер, казалось, даже не разозлился.
– Я устал от твоего нытья, – только и вздохнул он.
Курт понял, что это конец разговора. Больше он не добьется от Хантера ни слова. Нужно уходить.
Удивительно, но несмотря на опасность всего сказанного, дышалось ему легче, словно наконец сбросил груз. И в груди поселилась надежда.
У Тени был всего час перед встречей с родственниками, чтобы вздремнуть, – и тот он потратил на размышления о Лияме и его словах.
Что если он и правда уже встречался с Зотисом? О чем они могли говорить, когда? Если бы только узнать об этом у самого Зотиса, но пока тебя не настигнет отчаяние и он сам не захочет, поговорить не удастся.
Тень перевернулся набок и глянул на электронные часы на тумбе. Пора собираться.
Ундине, Леверна, Мируэль, Азаруэль и Ариан – пятеро детей от трех браков Праетаритум. В первом на свет появились сестры, во втором братья Даркарусы, а в третьем родился владелец Межвремья.
Тень не мог вспомнить, чтобы они хоть раз собирались впятером. Неужели Ундине настолько впечатлила его выходка, что она в тот же вечер решила организовать семейный вечер? Характеры у всех, кроме самого Тени, были непростые, если не сказать скверные, так что он представить боялся, чем все может закончиться.
К удивлению Тени, Азаруэль согласился присоединиться. Вот уже двадцать минут они ехали в тишине. Тень листал толстенный, сделанный своими руками календарь-блокнот, где вел учет марионеток Зотиса: пытался хотя бы прикинуть, сколько еще обращенных завербовал Хантер.
