– Глупые вы малявки, от чего же вы до сих пор считаете, что забота о вас хоть сколь либо кого-либо из нас тут обременяет? Сколько вам не талдычь в голову одно и тоже, а вы всё равно понять не можете? Так что вместо того, чтобы, как вы считаете, спокойно сидеть и отдыхать целый день, Гнев наоборот лишь будет постоянно сидеть на иголках и волноваться о том, как бы с кем ничего не случилось! – выпалил на головы своим юным и дурным братишкам Зависть, но видя их помутневшие физиономии, всё же слегка смягчился – Но знаете что? Я же тут самый старший и злой, а потому будем считать, что я вам ничего такого не говорил! Может чего у вас и выйдет дельного.
Разговоры со старшим братом всегда у них двух были исключительно такие: постоянные поучения и непонятные заявления, и всё это чтобы уверенней внушать всем здесь, что он самый взрослый и ответственный. Когда на самом деле он чаще других любил подольше задержаться утром в кровати и продолжал носить свой причудливый костюм, снимая его, лишь когда он заходил в помещение. Не то чтобы кто-нибудь из них видел в этом что-то дурное: как бы им не хотелось постоянно убеждать себя в обратном из вредности, но они не могли не замечать, что их брат всегда говорит лишь по делу, а если и поучает, то всегда помогает им выносить те или иные ценные уроки. А беситься лишь потому, что хочешь придраться, а не можешь – верх ребячества.
– Всё настроение испортил, вредный братик! – не смог не возмутиться Жадность, хотя отлично понимал всё то, о чем говорилось выше – И что нам теперь, по его мнению, делать, а?
– Ты чего, это же его типичный взрослый ответ: делайте что хотите, но я же предупреждал! – явно пародируя манеру речи Зависти в комично искаженной форме, произнес Гордыня.
– То-то верно! Ну что же, значит, говорил он или нет, а всё равно сделаем по своему!
Итак, назначенный день был всё ближе, а времени оставалось всё меньше, однако было решено до самого конца не сдаваться, и попытать своё счастье в выполнении этой непростой задачи, не смотря ни на что.
– Что значит сегодня я не должна ничего делать? Вы ведь не забыли какой сегодня день? Или, неужели вы… – голос Гнев и правда выдавал небольшую её опаску, по поводу всего их плана, но мальчишкам в конечном итоге удалось её уговорить – Ладно, но только смотрите и создайте мне еще больше работы!
– Сестрица Гнев! – когда Гордыня и Жадность на радостях ушли приниматься за дело, к Гнев подошла недавно проснувшаяся и покинувшая покои своей клетки Лень – А куда эти двое так быстро умчались и почему ты сидишь тут вся такая грустная?
– Ты не поверишь, но они заставили меня тут сидеть и отдыхать, ведь я, по их мнению, только и делаю, что работаю, а потому сегодня всем они займутся! – с видимым возмущением заявила Гнев.
– Да уж, можно было догадаться! Но ты не думаешь, что они хоть чуточку, да всё же правы, м?
– И тебя туда же понесло, Лень? Чего я вам всем такого сделала, что ко мне такое отношение?
– Ты еще спрашиваешь, сестрица Гнев! – внезапно к разговору подключился и Обжорство, который, однако, весь был мокрый, а особенно досталось его голове.
– Что с тобой случилось? Они что тебя в лужу окунули? – запереживала Гнев.
– Нет, они просто принесли с собой шланг и промыли мне рот его мощным потоком, представляешь! – широко разинув рот и высунув язык, произнес Обжорство – Было так забавно! Только поток оказался сильным, и их куда-то снесло сначала. Только вот они лишь встали, отряхнулись, закончили работу и пошли дальше! Отличные ребята!
Для Гнев этот рассказ был как натуральные эмоциональные качели, но ей еще повезло, что она не узнала с какими трудностями этим двум пришлось столкнуться при чистке клетки Лени.
– Эй, эй ты гляди, она же сейчас опрокинется! – из последних сил отбиваясь от ворон на другой стороне клетки, прокричал Гордыня, но было уже поздно.
Из-за столь необдуманного и опасного плана эта же нелепая оплошность повторилась еще несколько раз:
– И откуда тут только лужа взялась на этот раз, а? – в раздражении и отчаянии воскликнул Жадность, смотря на обрушившуюся клетку и понимая, что всю работу придется начинать сначала.
Как только им удалось справиться с этой непосильной задачей, они, собравшись с силами, рванули к Похоти, понимая, что знатно опоздали.
– Нелепые вы мальчишки! Что вы такого Гнев наговорили, что она сегодня не пришла и не заплела и не расчесала меня? – она сидела перед ними с распущенными волосами и была теперь больше похожа на небольшой ворчливый кустик – И не надо тут надо мной хихикать, а лучше помогите вот с этой прической!
На странице, стоящей перед ней на столе книги, было изображено крайне причудливое и совершенно непонятное парням сплетение волос, которое явно должно было нарушать все законы физики, а потому они лишь нервно сглотнули, готовясь к очередной напряжёнке, пока Жадность вдруг не сказал следующее:
