«Поток огня направленный в его сторону. Первая команда телу: пригнуться, так как противник увел свою неумелую атаку вверх. Вторая команда: атаковать первой формацией, пяти клинков будет достаточно, чтобы вывести эту фигуру из игры. Дополнительная цель выполнена – маг огня противника обездвижен, основная цель – сблизиться с оставшимися врагами так же теперь выполнена. Оценить состав: еще два мага огня, три мага земли и маг воздуха. Ещё один маг воды находится в укрытии, судя по его состоянию в бой он вступать не намерен, так что его нейтрализацией можно заняться позже. Оставить эту цель как дополнительную, и перейти к исполнению новой основной цели – разобраться со всеми сопротивляющимися, не дав никому шанса уйти или перегруппироваться. За время потраченное на переоценку ситуации, один из магов огня успел сорваться с места и ринулся прямиком на меня. От внушительной комбинации, основой которой являлось владение сразу тремя огненными клинками, проистекающими из обеих рук и одной правой ноги, удалось успешно увернуться, не затратив при этом ни одного клинка. Переход в атакующее состояние: легкий взмах трех клинков прорезает сухожилие на открытой левой ноге, а только что созданные три клинка вонзаются в правую половину груди, заставляя тело цели без сил упасть, нелепо извернувшись. Но, пока цель еще падала, было принято решение воспользоваться одним её плечом в качестве трамплина, дабы быстро сменить свою дислокацию, тем самым застав второго уже атакующего мага огня потерять свою цель из виду. Воспользовавшись данным преимуществом, мое тело, находясь в полете, совершило необычный и изящный пируэт, одновременно поразив эту цель пятью раскрытыми из ловушки восприятия клинками и обрушив дождь из не менее двадцати клинков перед магами земли. Таким образом, были выполнены сразу две задачи: наступление магов земли, тоже готовивших совместный мощный удар, и далеко не изящные попытки второго мага огня были прерваны. Оставшийся в сознании маг воздуха, похоже, оказался прежним капитаном одного из ранее поверженных отрядов. Слишком долго и отнюдь не эффективно оказалось действовать против него постоянно формируя те или иные команды вручную. Благо мое тело обладает удивительной возможностью самостоятельно сражаться, без излишнего вмешательства разума со стороны. Как не пытался этот, в последней надежде пытавшийся сохранить честь, боец блокировать многочисленные прямые атаки моих клинков своими мощными потоками, так и не сумел подловить меня на контратаке, а потому был загнан в угол постоянными атаками второй и третьей формации. Потеряв прежнюю мобильность, он потерял и всяческую вероятность победить».
Что это всё за бред? Вот так, потихоньку собирая информацию о паре прошедших дней, Легион, очнувшись от оков своего, на этот раз на удивление, расчетливого демона, стоял посреди руин некогда возвышавшегося здесь штаба Западного командования Империи. Дойдя до сюда, он надеялся найти ответы на все свои накопившиеся вопросы и выпустить гнев на тех, кто заставил пройти его весь этот путь. Но всё что он видел перед собой, лишь заставляло его еще сильнее невольно закипать от переполняющей ярости. Ему таких трудов стоило найти информацию об этом месте! Стольких важных шишек пришлось победить, столько документов досконально изучить! А сейчас вы говорите, что всё это было зря?! Зря он с такой досадой решил навсегда похоронить свои последние надежды на искупление и спокойную мирную жизнь? Теперь, когда его стали именовать не иначе как Стальной Демон Легион, вы смеете говорить ему, что всё вот так нелепо кончилось? Но когда, и главное кто, успел быстрее него сюда добраться и разобраться с одним из важнейших штабов Империи?
– Эй, ты! – заметив одного, стремящегося скрыться и убежать, выжившего солдата, крикнул ему Легион – А ну, иди сюда! Ты мне сейчас всё расскажешь!
За мгновение сблизившись с ним и схватив его за шею со спины рукой в стальные объятья, он навис над ним, вгоняя того в землю.
– Да не трясись ты так! Ни к чему мне тебя сейчас калечить, давай просто мило поговорим! – хоть он так и говорил, но имперский солдат лишь сильнее от него отворачивался, одновременно желая вырваться.
Но он явно был кабинетным хлюпиком, что лишь разносил всем важным шишкам внутри донесения и кофе. А потому Легион лишь сильнее прижал его к себе, уже почти надавливая на его шею.
– Не хочешь говорить, как хочешь. Я тут ни на чем не настаиваю! А вот он настаивает! – перевел вдруг свой взгляд на возникший в свободной руке клинок Легион.
