– Спасибо что переживаешь за меня, Жадность, но я пожалуй откажусь от твоего предложения – уверенно заявил в ответ на всё это Гордыня – Мне он и Лень почему-то даже среди вас кажутся немного отдаленными ребятами, и я, конечно, мог бы просто навязаться к ним и затем тащить к вам изо всех сил. Но почему-то мне хочется сначала понять их и самому открыться! А потому, как бы глупо и опасно бы это всё не звучало, я не отступлюсь, ведь мы – семья.
И хоть Гордыня и мог отлично выразить свои мысли и чувства, сложив их в такие прекрасные слова и предложения, но он также отлично понимал, что это отнюдь не убережет его от последующих раундов, а потому сразу после этого разговора он продолжил свою подготовку.
Потратив на всё про всё еще неделю, он таки решился бросить вызов Обжорству, будучи окончательно уверенным в том, что сумеет добраться до самого финала. Соперник Гордыни оказался крайне шокирован подобным смелым заявлением и бахвальством и даже предлагал отказаться от этой затеи, которую сам уже давно стал считать странной, но видя, что Гордыня делает это вовсе не из-за какого-то давления со стороны, а из-за собственного огня в глазах, он вдруг и сам загорелся этой идеей. Притом Обжорство настолько загорелся, что даже не побоялся самостоятельно вернуться на один день в лабораторию, дабы упросить Адама приготовить ему как можно больше дополнительных порций. Это было совсем на него не похоже, ведь он этого места остерегался гораздо больше других, до сих пор переживая, что Адам вновь захочет забрать его к себе и приковать к одинокой стенке. Но почему-то когда он оказался внутри, то более совершенно не страшился подобного. Может быть потому, что вспомнил, что такое отношение было вызвано его прежними «приступами», а может быть и потому, что в его в тот момент поддерживал яркий образ уверенного в себе Гордыни.
Но по итогу, чем больше он готовился к назначенному дню, чем сильнее его это захватывало, тем сильнее он переживал за этот светлый огонек, что впервые за долгое время заставил его перебирать своими ножками самостоятельно не только в поисках очередного перекуса. В конце концов, так и не удержавшись, он решил за день до назначенного соревнования с глазу на глаз переговорить со своим будущим соперником. Теперь он уверенно стоял перед ним в полный рост, а не сидел или лежал, как делал ранее. А по росту то он явно вымахал так сильно, что, наверное, в полный рост был выше, чем Гнев или Зависть. При этом всём сам он был крайне упитанным, хоть обычно и ел не сильно больше остальных. Такую гору, нависшую над незначительным в сравнении Гордыней, спасали лишь милые веснушки на щеках, а также широкая улыбка и крошечные, на фоне всего лица, но пронзительные глаза:
– Эм, Гордыня, мне надо тебе кое-что сказать – слегка заминаясь и нервно перебираясь с ноги на ногу, начал говорить Обжорство – Это, конечно, всё прекрасно и отлично, что ты так загорелся идеей, но в этот раз я решил больше сфокусироваться на чем-то съедобном и для меня и для тебя! Так что не переживай, тебе вовсе не придется глотать камни ради меня, особенно после того, как ты испробуешь столько прекрасных наготовленных Гнев угощений!
– Но тогда какая суть? – неожиданно для него отреагировал на это Гордыня – Вот скажи мне: ты любишь есть и что-то привычно как мясо, кашу, так и что-то вроде веток и камней?
– Угу – скромно пробурчал Обжорство.
– Ну так и что же в этом такого? Я понимаю, что со стороны это может и выглядит странно, но я же совершенно не посторонний тебе человек. Или, по крайней мере, стремлюсь таким стать! А что это за друг будет такой, если он будет принижать тебя из-за чего-то подобного? Нет, если бы это было вредно для твоего здоровья, я бы не постеснялся и начал бы переживать по этому поводу. Но ведь ты прекрасно с этим живешь и, главное, никого не трогаешь! Тогда объясни мне, из-за чего ты принижаешься?
Так странно, ведь этот мальчик, что сейчас стоял перед ним, был почти в два раза его меньше, но говорил так четко и уверенно, как Обжорство бы себе и в жизни представить не мог. До этого он просто считал Гордыню добрым малым, но теперь, когда для него открылась очередная его сторона, он оказался ей совершенно поражен. Не в силах найти ни единого контраргумента, Обжорству лишь оставалось окончательно принять заявку Гордыни на участие и с нетерпением ждать грядущего дня.
– Леди и джентльмены, позвольте мне представить вам двух сегодняшних конкурсантов! С правой стороны стола находиться наш многократный победитель предыдущих соревнований – Обжорство! – Жадность с удовольствием вошел в роль главного комментатора сего действа, а потому сейчас во весь голос вещал со своего места верхом на камне близ стола – Его соперник на этот раз – это молодой и дерзкий Гордыня, чьи амбиции столь велики, что он надеется продержаться с нашим горячо любимым чемпионом на равных!
