Я проснулась с ужасным чувством внутри, как будто чего-то не хватает. Что-то не так… Задумчиво смотрела на руку и затем взглянула в окно. Первый снег! Я вскочила молниеносно с кровати и прилипла к стеклу. Как же я любила этот момент! Всегда радовалась, словно ребенок, и долго смотрела, как падает снег на тротуары и деревья, укрывает мягким белоснежным пледом ветви, крыши домов. Я обожала прикасаться носом к холодному стеклу, за которым кружились снежинки. Не хватало только горячей чашки чая, что я вскоре исправила, забравшись на подоконник и обняв колени. Пусть вид из окна открывался не самый привлекательный, но мне этого было достаточно, чтобы на душе ощущалось спокойствие и умиротворенность. Какой красивый танец… Я пила небольшими глотками чай с улыбкой на лице. «Все будет хорошо», — повторяла себе, глядя на фотографию Коди и водила пальцем по рамке со снимком. «Все будет хорошо, я ведь обещала». Жаль, что этому не суждено было случиться…
В мире больше семи миллиардов людей и каждый из них играет какую-то роль. Какое же мое предназначение? Любой из нас хочет прожить счастливую беззаботную жизнь. Вырасти достойным человеком, получить образование, найти любовь и работу, создать семью, жить в гармонии и согласии. Только жизнь считает иначе, поэтому любит ставить на пути множество преград. Одни мы с достоинством и отвагой преодолеваем, другие могут сломать нас, как личностей.
Первый снег ассоциировался с болью. Я перестала бороться. Жизнь поставила меня на колени. Сегодня я сломалась.
Когда кого-то теряешь, часть тебя умирает вместе с ним. И это нельзя описать словами, просто ты не чувствуешь ничего. Ни холода, ни тепла, ни звуков — ничего.
— Да?
— Нам очень жаль…
Я задыхаюсь. Меня словно окунают в вакуум, где жизнь замерла.
Нет.
Нет.
Нет.
Со стен на меня смотрят рисунки Коди, его улыбающееся лицо. Они пляшут вокруг меня, искажаются, исчезают… горят. Горят в синем пламени.
Нет.
Нет.
Нет.
Перестань. Хватит меня мучить! ХВАТИТ! Я впиваюсь пальцами в корни волос и сжимаюсь на полу.
Это не правда.
Это не правда.
Это не правда.
Почему? Почему я снова задаю этот глупый вопрос? Почему я?
Как надоело…
Мне надоело жить. И дышать… Я просто хочу забыть это все…
Пожалуйста.
Пожалуйста, избавь меня от этого, потому что я не могу терпеть.
— Я не могу, — шепчу тишине.
У всего есть предел, и сегодня тот день, когда настал предел моего терпения. Сосуд переполнился до краев и разлетелся вдребезги, как и моя вера. Все стало неважным, таким незначительным, остались только я и боль. Она нашептывала правила. Зачем жить? Есть ли смысл дальше выносить мучения? Почему я? Почему я? Почему ты выбрал меня?!
Все равно душа умерла, а тело — это лишь пустая оболочка.
Когда шепчешь молитвы от бессилия и безысходности, когда топчешь свою гордость, когда не знаешь, что можешь сделать, чем помочь, ради близкого, ради его спасения… Бог слышит тебя? Какой обман, ведь последнее, что у нас остается — это вера и надежда. Но Бог отвернулся и не услышал.
Он не подождал всего несколько часов, даже не дал ему шанса, он его безжалостно отнял. Умер перед операцией… Кровоизлияние в мозг… Умер… Кровоизлияние… Умер.
Я шла по коридорам, словно находилась в прострации, не чувствовала тела. Врач и медсестры сочувствующе смотрели на меня, когда открывали двери, за которыми на столе под белой простыню находилось… Находилось тело. Безжизненное тело Коди.
Это сон.
Я все еще сплю.
Точно, я просто сплю.
Я сплю.
— Ливия… — позвал врач, но я отмахнулась и вошла в комнату, закрыв дверь. Они чужие, им тут не место.
Я сплю.
Откидываю простынь и вижу лицо брата. Почему его глаза закрыты?
— Привет, — тихонько говорю и беру небольшую ладошку в свою. Такая холодная… Почему он лежит в этом месте? Он должен быть дома.
— Мы спим, да? — провожу по полупрозрачной коже, по его светлым волосам и улыбаюсь. Мы просто спим в небытие… Это сон.
— Я так хотела тебя увидеть, малыш.
Я сглатываю и оглядываюсь на дверь. Так странно… Почему меня не покидает чувство, будто это не сон? И этот запах…
Я сплю.
— Ладно… Ладно… Хорошо… — я улыбаюсь и кладу ладонь на его лоб.
Это просто сон. Просто сон…
— Завтра операция, и потом ты будешь дома. Я ведь обещала, помнишь? Я обещала, что ты выздоровеешь. Ты скоро вернешься домой, малыш. Тут так холодно… Жуткое местечко, да? И пахнет отвратно…
Я издаю нервный смешок и обвожу безжизненным взглядом стены. Почему он молчит… и не дышит?
Я сплю.
— Помнишь того парня с бирюзовой мочалкой на голове? Ну… он… он приходил со мной, помнишь?
Я вздыхаю и сглатываю комок.
— Я… знаешь, я говорила, что он ужасный, да? Представляешь… — я смотрю на белое лицо Коди и закрываю глаза. — Я влюбилась в него.
Почему он молчит? Почему я говорю про Оззи?
— Ты загадывал желание, чтобы он влюбился в меня, но случилось все с точностью, да наоборот. Я вляпалась, — тихо смеюсь и смахиваю слезы. Почему я плачу? Это же сон.
— Лив?
Поворачиваюсь и вижу застывшего в дверях Виджэя.
