Стоит ли говорить, что за ней проследили? Впрочем, она сразу же отправилась в ложу Призрака и положила ценный конверт на перила балкона. Оба директора, а также Габриэль и Мерсье спрятались, расположившись таким образом, что этот конверт ни на секунду не исчезал из поля их зрения на протяжении всего спектакля, а также после него. Поскольку конверт не двигался, наблюдавшие за ним тоже оставались на своих местах. Мадам Жири ушла, публика тоже разошлась. Директора, Габриэль и Мерсье наконец устали ждать и вскрыли конверт, обнаружив, что печать так и не сорвана.
Сначала Ришар и Моншармин решили, что деньги все еще на месте, но, взглянув повнимательнее, они поняли, что это не так. Двадцать настоящих купюр оказались заменены двадцатью купюрами «игровых денег»! Директора были в ярости и напуганы.
– Да он похлеще, чем Робер-Уден[39]! – воскликнул Габриэль.
– Да, – мрачно согласился Ришар, – и обходится намного дороже!
Моншармин хотел немедленно послать за комиссаром полиции. Однако у Ришара был свой план.
– Давайте не будем выставлять себя на посмешище, – возразил он. – Весь Париж будет над нами смеяться. Призрак выиграл первый раунд, мы выиграем второй.
Очевидно, он имел в виду следующий ежемесячный платеж.
Тем не менее мысль о том, что их настолько безупречно обвели вокруг пальца, все последующие недели не давала им покоя. И я думаю, их вполне можно понять. Комиссара полиции они так и не вызвали, ведь директора в глубине души лелеяли мысль о том, что такой странный инцидент может быть всего лишь отвратительной шуткой, которую, несомненно, придумали их предшественники и которую не следует разглашать до того, как станет ясна суть происходящего. Дошло то того, что у Моншармина возникло подозрение относительно самого Ришара, воображение которого приобретало порой причудливый характер.
Таким образом, готовые к любому повороту событий, они выжидали, как будут складываться обстоятельства дальше, внимательно наблюдая за мадам Жири, которой, по настоянию Ришара, ни о чем не сказали.
– Если она соучастница, – говорил он, – то деньги были изъяты заранее. Но по-моему, она просто идиотка!
– В этом деле много идиотов! – возразил задумчиво Моншармин.
– А разве можно было это предугадать? – посетовал Ришар. – Но не беспокойся, в следующий раз мы примем все меры предосторожности.
И вот настал тот самый «следующий раз» – именно в этот вечер и произошло исчезновение Кристины Даэ.
Утро встретило их посланием от Призрака, в котором тот любезно напомнил им о следующей выплате:
К записке прилагался обычный конверт, адресованный Призраку Оперы. Оставалось только наполнить его банкнотами.
Эта операция должна была быть выполнена в тот же вечер, за полчаса до начала спектакля. Итак, войдем и мы вслед за директорами в их директорское логово и посмотрим, что же там происходило примерно за полчаса до того, как занавес печально известного представления «Фауста» поднялся.
Ришар показал конверт Моншармину, затем отсчитал двадцать тысяч франков и вложил их в конверт, но запечатывать его не стал.
– А теперь, – сказал он, – настало время поговорить с мадам Жири.
Послали за старой женщиной. Она вошла, сделав изящный реверанс. На даме, как всегда, было ее когда-то черное, а ныне ржаво-сиреневое платье из тафты и шляпка с перьями цвета сажи. Мадам Жири, похоже, пребывала в прекрасном настроении и сразу поздоровалась:
– Добрый вечер, мсье! Полагаю, вы позвали меня, чтобы вручить конверт?
– Да, мадам Жири, – сказал Ришар с большим дружелюбием. – Чтобы вручить конверт… И еще кое за чем.
– Я к вашим услугам, мсье, к вашим услугам! И зачем же еще вы меня звали?
– Во-первых, мадам Жири, у меня есть к вам один небольшой вопрос.
– Слушаю вас, господин директор, я здесь, чтобы ответить вам.
– У вас ведь все еще хорошие отношения с Призраком?
– Хорошие, господин директор, очень хорошие!
– О! Мы счастливы это слышать!.. А теперь, мадам Жири, – произнес Ришар чрезвычайно доверительным тоном, словно открывая секрет величайшей важности, – очень строго между нами… Мы ведь вполне можем вам сказать это… Вы же не глупая…
– Нет-нет, господин директор! – воскликнула билетерша, остановив легкое покачивание двух черных перьев на своей шляпке цвета копоти. – Поверьте, ни у кого никогда это не вызывало сомнений!
– Хорошо, я вам верю и поэтому надеюсь, вы поймете меня. Вся эта история с Призраком – отличная шутка, не правда ли. И опять же – только между нами… Она продолжается уже достаточно долго, согласны?
Мадам Жири посмотрела на директоров так, словно они заговорили с ней по-китайски. Она подошла поближе к столу Ришара и обеспокоенно спросила:
– Что вы имеете в виду?.. Я вас не понимаю!
