– Кстати, про «вдоль и поперек». – Кэп провел пальцем линию в воздухе над одним из самых длинных порезов. – Посмотри направление.
– Левша, – кивнул я, стараясь вспомнить, как каждый держал приборы за столом. – Могу только сказать, что это сделала не Зеленоглазка, она была со мной в момент трагедии, и не Люси, она правша. Убитая горем пассия? Дороти прикуривала левой рукой.
В этой версии меня смущало одно – маникюр. Благодаря бушующим женским гормонам я смог рассмотреть его во всей красе – идеальный, без единого скола или трещинки. После такого убийства ее руки должны были пострадать, если только она не использовала перчатки. В конце концов, Дороти и Вивьен обе могли оказаться убийцами. Хороша семейка…
– Зеленоглазка? – Мин удивленно посмотрел на меня, делая новую зарисовку в блокноте. – Даешь прозвища подозреваемым?
– Не переживай, для тебя у меня тоже есть парочка, – фыркнул я, поднимаясь и снова оглядывая комнату. – Как думаешь, где именно произошло нападение?
Кэп повертел головой, но почти сразу остановился на том же месте, куда смотрел я, – кровать. К карандашному наброску добавилась пара новых деталей.
– Уинстон лежал, когда на него напали, возможно, успел перекатиться на противоположную сторону, но убийца все равно его задел. – Мин указал на несколько капель крови, брызнувших на простыни.
– Согласен, дальше жертва пыталась закрыться подушкой и получила более ощутимый удар по ладони. – Наши догадки подтверждались порезами на руках трупа и разбросанными перьями на полу. – Борьба перенеслась ближе к выходу, Уинстон пытался сбежать, но тут лезвие вошло в горло. – Я указал на ярко-алое пятно у моего ботинка. – Он потерял очень быстро и очень много крови, убийца должен был быть испачкан с ног до головы и оставить тучу следов, уходя, но в коридоре чисто. Теперь вопрос: как убийце удалось незаметно пробраться в комнату и так же незаметно ее покинуть?
– Вокруг оконных рам все чисто, – тут же отозвался Мин, вычеркивая один из вариантов. – Вообще странно, что на полу лужи крови, куча следов, но на выход ведут только следы от обуви Люси.
– Она тоже может быть убийцей. – Пожал плечами я, вглядываясь в отпечатки обуви на паркете.
Одна пара абсолютно точно принадлежала Уинстону: он был в мягких домашних туфлях, и одна туфля слетела во время борьбы, поэтому он оставил после себя следы босых ног; вторая пара следов больше походила на женские. Я присел, чтобы сделать замер.
– Я бы сказал пятый. – Мин сфотографировал следы для отчета полиции.
– Четвертый с половиной, наш убийца обладатель весьма небольших стоп, – проговорил я, размышляя про себя.
– Люси?
– У нее шестой, но носит пятый, потому что не хочет верить в то, как раздалась нога.
– Откуда ты знаешь? – удивился он.
– Потому что я смотрю, друг мой, – с легким укором бросил я, расхаживая по комнате в поисках орудия убийства. – Люси относительно недавно поправилась, форма начала расходиться по швам, но еще не так, чтобы порваться. Ноги отекли, и теперь ей нужна обувь побольше, но Люси хочется думать, что у нее все еще десятый размер одежды и пятый – обуви.
– Она могла всегда носить одежду и обувь на размер меньше, девушки иногда таким грешат, – резонно добавил Мин.
– Могла, и я могу ошибаться со своими расчетами, или убийца все-таки не Люси.
– Вивьен или Дороти?
– Размер ноги Дороти сходится с отпечатком, но ты видел ее руки, когда она прикуривала?
– Руки? – Кэп удивленно вскинул брови, но мгновение спустя сообразил: – Точно, маникюр!
– Вот именно. Если чуть меньше смотреть им в глаза, начинаешь замечать остальное.
– А мисс Бернелл?
В темноте я успел лишь мельком увидеть, однако приметил ранки вокруг искусанных ногтей и мелкие царапины на руках Вивьен. Не исключено, что повреждения она нанесла себе сама от нервов или просто по неаккуратности, но все же.
– Она подходит. Как, возможно, и миссис Колетт Болейн, хотя и маловероятно, учитывая приложенную силу.
Я хотел бы сказать, что меня никак не трогало предположение о причастности Вивьен, но, кажется, это был бы самообман. Вивьен Бернелл тронула меня, не знаю, смешная пижама тому виной или тотальное одиночество в кругу семьи, которое я и сам прекрасно понимал, но мне не хотелось верить, что она способна хладнокровно перерезать человеку горло. Собственно, тот факт, что она находилась вместе со мной этим вечером, снимает с нее подозрения, по крайней мере. до тех пор, пока Ким не установит время смерти. Возможно, грохот, что мы слышали из кухни, раздался уже после того, как Уинстон перешел в разряд жертв.
Мин, закончив фотографирование места преступления, обратился ко мне:
– Мне еще кое-что неясно: почему никто не пришел на помощь? Уинстон наверняка кричал, ты ничего не слышал?
Я ответил с запозданием, занятый перерыванием платяных шкафов, в которых не оказалось ничего, кроме кип одежды и постельного белья.
– Нет, я проснулся часа полтора назад от громких стуков, осмотрел коридор, но все было тихо. Тогда я спустился на кухню, там мы беседовали с Вивьен, а потом уже поднялись сюда. Перед этим слышали только грохот и крик Люси, а ты?
