– Это было условием Ребекки, – она фыркнула, выпуская дым через нос. – В ее доме мы должны оставаться в разных спальнях. У Уилли разболелась голова после скотча, и я пошла к себе в другое крыло позвонить подруге.
– Вы ничего не видели и не слышали?
– Нет, детектив! – ее голос был уже полон раздражения. – А если бы вы лучше выполняли свою работу, мне бы не пришлось тут торчать!
Я заметил, как ее зрачки на секунду забегали, когда я спросил о подробностях. Мин тоже это уловил, сложив по-солдатски руки за спиной в замок, он задал свой вопрос:
– Вы сказали, что были в другом крыле, говорили с подругой и не планировали возвращаться в спальню к мистеру Болейну. Почему вы оказались здесь сейчас?
– Мне сказала Люси, что с Уилли случилась беда, – неуверенно бросила Дороти, сильнее прижав сумочку к себе.
Я улыбнулся уголком губ, давая понять, что отпускаю ей эту ложь. Пока что.
– Спокойной ночи, мисс Беннет.
Громко фыркнув в ответ, Дороти развернулась на каблуках. Окурок упал на пол, пропалив дыру в ковре, который она никогда не смогла бы постелить в собственном доме. Уходя, она бросила мне через плечо:
– Не смотрите так, будто знаете меня, детектив!
Я схватил ее за предплечье, прежде чем она успела отойти.
– Мне не нужно вести с вами задушевные беседы, чтобы узнать, зачем вы шли к мистеру Болейну. Это мне подсказывают капли пота у вас на лбу, подрагивающие руки и ментоловая дрянь, которой вы пытаетесь заглушить свою тягу. Поверьте, Дороти, я видел куда больше зависимых от веществ людей, чем вы – клиентов. Как и девушек, которые отчаянно выбивают себе место под солнцем через таких вот «папочек». Не тешьте себя иллюзиями о любви, Уинстон Болейн пользовался вами. Вы были не больше чем услугой.
Ее глаза вспыхнули яростью. Казалось, еще немного – и она залепит мне пощечину. Видит бог, мне не впервой.
– Ублюдок! Зачем ты мне это говоришь?!
Я смотрел на нее: слишком взрослые манеры, косметика, которой она пыталась нарисовать себе двадцать пять вместо девятнадцати. А в глазах была та самая незащищенность ребенка, что я увидел в Вивьен, когда она говорила о своем дядюшке. Что-то дрогнуло внутри…
– Затем, что вы юны, мисс Беннет, а я, может, и ублюдок, но считаю, что у вас еще есть шанс на нормальную жизнь. Отец оставил вас с матерью, – на этих словах ее рот раскрылся в удивлении, но я не стал утруждать себя пояснениями, – так позаботьтесь о ней по-настоящему. Вернитесь в колледж, думайте головой. Это не обесценивается, в отличие от того, что под юбкой.
Дороти вырвала руку, не забыв перед уходом продемонстрировать маникюр на среднем пальце. Я только усмехнулся, провожая взглядом фигуру девушки до лестницы.
Мин подошел ко мне, забрав свежую сигарету:
– Это было… сильно. Ночной порыв сентиментальности?
– Решил поиграть в тебя, – отбил я. – Ну, знаешь, заглянул в глаза – и бла-бла про зеркало души.
Он усмехнулся, но спорить не стал. Однако веселье быстро стихло, пришла пора возвращаться к мистеру Болейну.
Мы, издав на пару протяжный вздох, вошли обратно в спальню покойного. Ментоловые сигареты кое-как скрадывали будто загустевший запах старины и крови, но Мин все равно скривился, наклонившись ближе к обезображенному трупу.
– Что такое, ниндзя? Разве вас не учат стойкости и выдержке в Шаолине? – поддел его я, разряжая обстановку.
Кэп попытку не оценил.
– Господи, Адриан, почему все твои шутки отдают либо расизмом, либо сексизмом?
– Потому что я расист и сексист, конечно. – Я продемонстрировал помощнику лучшую из своих улыбок и вернулся к осмотру. – Если с девчачьими обидками покончено, предлагаю перейти к мертвому мужчине перед нами.
В глазах Капитана горела праведная ярость азиатского народа за все и разом: Разделение Кореи, Халхин-Гол[9], колонизацию Китая[10], Хиросиму, извращенные иностранцами рецепты суши и мои шуточки. Меня же куда больше интересовал труп.
– Посмотри сюда. – Я указал пальцем на тонкие порезы, исполосовавшие руки Уинстона практически от самых кистей и до локтей. – Жертву атаковали предметом с острым лезвием, предположительно ножом, но он отбивался, закрываясь руками.
Мин щелкнул несколько раз затвором.
– Впечатление, будто били наугад: порезы покрывают почти все лицо и тело. Но края ровные, значит, клинок был без зазубрин. – Он опустился рядом на корточки. – Глянь, как глубоко местами входило лезвие, даже кости задеты.
– Да, нападавший силен физически, или адреналин придал сил, – согласно кивнул я. – В любом случае характер ударов и их количество указывают на неадекватность состояния, убийца был в ярости. Больше всего ран в районе лица и шеи, здесь что-то личное. Но наш убийца неопытен, иначе бил бы точнее.
Мучительная, отсроченная смерть Ребекки с помощью яда – медленная и поэтичная, за столом в окружении манекенов-гостей в разгар вечеринки. А теперь это – взрывное, импульсивное убийство, превратившее спальню изнеженного аристократа в скотобойню. Ничего общего с тем, как поступают обманутые инвесторы, эта парочка насолила кому-то по-крупному.
