Призрак Сомерсет-Парка полностью

Держа в одной руке лампу, а другой опираясь на стену, я неуверенно спустилась по извилистой лестнице; казалось, я иду в недра самого ада.

До меня эхом доносился шум волн, вторя стуку моего сердца. Уже в двух шагах от меня ничего не было видно. Лестница с каждым шагом становилась более скользкой. Море заявляло права на Сомерсет, подбираясь к нему снизу. Волны долгие годы разбивались о камни, а теперь наконец отрастили зубы и начали поглощать стены. В любой миг из ледяной воды могли вынырнуть склизкие усики водорослей и схватить мои ноги, утянуть в глубины, забирая себе.

Снова зашумели волны, уже куда громче, чем прежде. Поднялись щупальца тумана, намочив подол ночной сорочки. Каждый раз, делая вдох, я чувствовала, как морской воздух проникает в мои легкие, стремясь затопить меня изнутри.

Держись подальше от la mer, ma petite chérie.

Каждая частичка моей души требовала развернуться и бежать прочь, но я должна была узнать. Должна была понять, кто за всем этим стоит.

Мало-помалу стена замка уходила вниз, и мне чудилось, будто я иду по краю глубокого провала. Пальцы коснулись склизкой поверхности. Мерный прилив и откат волн завораживал.

Я иду прямо в морскую пучину? Вот что случилось с Одрой?

Внезапно в спину между лопатками меня толкнула чья-то рука, и я, споткнувшись, полетела головой вперед во мрак.

Я ударилась ребрами о каменную лестницу, из меня вышибло дух. По мокрым, покрытым соляной коркой ступеням я скользила целую вечность. Потом наконец мне удалось зацепиться рукой, и падение остановилось. Лампа чудесным образом уцелела, я так и держала ее в другой руке. Переведя дыхание, я собралась с силами и встала в полный рост.

– Кто здесь? – позвала я, вытягивая руку с лампой вперед.

Ничего.

Смутно я разглядела дно пропасти, покрытое неровными камнями в шубе из водорослей. Снова послышался шум волны, вода нахлынула и ушла. Должно быть, во внешней стене есть небольшое отверстие. Далеко внизу мне почудилось движение.

А потом она закричала мне прямо в ухо – так близко, что я ощутила гнилостное дыхание.

– Помоги! Помоги! Помоги!

Лампу я уронила. Маленькая точка света упала на дно ямы, где разбилась о камни и совсем погасла.

Я принялась карабкаться наверх, обеими руками цепляясь за ступени, и не останавливалась, пока не очутилась в своей комнате. Мне никогда не забыть, что осветил огонь лампы перед тем, как та ударилась о дно: ржавые цепи с кандалами, разбросанные по камням, и нечто похожее на блеснувшую во тьме белую кость.

Дружочек,

прошлой ночью меня нашли у обрыва. Я не помню, как там оказалась. Это наш родовой недуг? Или дело в ребенке? Мистер Пембертон предложил уехать в его поместье на север, но я не в силах покинуть Сомерсет. И уж точно не поеду с мистером Пембертоном туда, где он имеет полную власть, преданных ему слуг и может проявить свою низменную природу.

Здесь я в безопасности, а мой возлюбленный за мной присматривает. Не хочу жить в окружении чужаков. Любимый уверен, что из-за ребенка мой режим сна нарушен. Он сказал мистеру Пембертону, будто у меня та же болезнь, что свирепствует в деревне, и что поездка на север лишь усугубит мое состояние. И все же я встревожена. Не стоит быть такими беспечными, наша любовь затмевает все и всех вокруг.

Дату свадьбы мы перенесли на более поздний срок.