Воспоминания, вопреки моим опасениям, не исчезли. Напротив, все больше деталей всплывало из подсознания, заполняя недостающие кусочки в запылившемся ментальном паззле. Вместе с ними поднялись позабытые эмоции — и такие сильные, что я начала сомневаться в предыдущих своих выводах. Разве могут воспоминания, сопряженные такими чувствами, быть нереальными? Счастье, когда отец рассказывает тебе заумные, малопонятные вещи… Желание победить, когда брат навязывает тебе очередной спор — ой, подожди, или ты сама ему навязываешь? Тоска по матери, которой больше нет с вами… Разъедающие изнутри одиночество, когда все, занятые своими делами, словно позабыли про тебя… Тепло на сердце от осознания того, что с тобой по-прежнему находится брат, он один во всем мире…
Мне хотелось верить, что когда-то… когда-то давно это было взаправду. Было со мной. Что я была чем-то большим, чем призраком без памяти и без тела. Больше, чем пустой оболочкой, как заблудшая душа, шатающаяся по Изнанке в поисках неизвестно чего…
Хотелось верить, но я знала, что лес может нарисовать мне сколь угодно реалистичную картину в голове… Для чего? Не знаю, для чего. Его логика ясна только ему самому.
— Помнишь Гувшпаитнад, бот? — спросила я, а в горле почему-то набух комок.
— Подтверждаю.
Еще один кусочек паззла встал на место. Тело пробрала холодная дрожь, мне стало не по себе.
— Помнишь, что она говорила? Самое ее важное воспоминание, которое она не решалась удалять, — это то, как она проснулась в лесу.
— Такое было.
— Казалось бы… что в этом такого важного, да? Проснулась и проснулась, но… — я сглотнула. — Kenpulas… Мне приснилось, что в ней заключено мое сознание. Не знаю, скопировали ли его туда или переместили, но… В любом случае то, что с ней произошло — жуть полная.
— Хотите сказать, мы встретили другую Маленьер в механическом теле?
Я просто кивнула, почему-то не найдя даже сил сказать простое «да».
— Она все забыла. Забыла даже себя. Не узнала меня, свой ори… впрочем, кто знает, кто из нас оригинал. Может быть, мы обе копии. А оригинал давным-давно мертв. Не знаю… Провела в лесу бессчетные века одна-одинешенька, а потом… мы ее убили. Бедный андроид… Бедная вторая я.
— Предложение: отложить данные мысли на потом, — сказал негромко бот.
— Хорошее предложение, — тоскливо вздохнула я. — Постараюсь так и сделать.
Мне было, о чем подумать… много о чем, и я подумаю об этом обязательно. Но позже. Сначала мы должны узнать, что находится в конце пути.
До нашей цели оставались считанные гифраны, когда путь нам вдруг преградила стена.
— Странно, — сказал бот. — На моей карте нет этой стены.
— Но она есть, как видишь. Ты уверен, что нам надо сюда?
— Ошибки быть не может.
— Что будем делать?
— Отойдите назад, Маленьер. Я собираюсь использовать лазер.
— А если не пробьет? Мы же не знаем, насколько стена толстая.
— Других вариантов я сейчас не вижу.
— Ну, попытаться лишним не будет. — Тут я заметила, что в стене что-то изменилось. — Погоди-ка…
Внимательно приглядевшись, я поняла, что стена как будто стала чуть менее черной, чем была, и чуть более… прозрачной, что ли? И мне не показалось — спустя еще пару мгновений, стена растворилась полностью. У меня невольно создалось впечатление, что таким образом нас приглашают пройти дальше. Мы не стали пренебрегать этим приглашением.
Цель, к которой мы долго и упорно шли, находилась в пустом зале, заросшем черными кристаллами. Он отчасти напоминал зал научного комплекса из сна, разве что-то всюду было черным-черно. И… большущий портал? Экраном это у меня язык не поворачивался назвать; в общем, портал тут тоже был, как во сне. И виднелся через него все тот же пейзаж.
Громадные проржавевшие когти хаотично торчали из каменистой земли, будто кости древнего чудовища. Клубились и пучились в небе желто-рыжие тучи, собираясь зарыдать кровавым дождем. Песок, что несли неумолимые потоки ветра, медленно, но верно стирал дырявые остатки железа, остатки безмерно старых сооружений, некогда возвышавшихся в мертвом мире. Маленькая белая точка, бледная тень светила, одиноко догорала среди туч.
— Долго же МЫ тебя ждали, Маленьер Диенгенвакс. Даже с НАШИМ восприятием времени ожидание было достаточно долгим, чтобы утомиться.
Голоса! Тысячи голосов слились воедино и будто пытаются перекричать друг друга — все как во сне!
— Он… Они… Что бы это ни было — оно знает вас, Маленьер? — бот повернулся ко мне. Даже в его лишенном эмоций голосе просочились нотки удивления.
— Долгая история… — лишь сказала я ему.
— Поэтому МЫ поведали ее тебе заранее, чтобы ты пришла с необходимым пониманием. Так тебе проще будет поверить в то, что ты забыла. И в то, что ты еще не знаешь.
— Маленьер? — по-прежнему не понимал бот.
— Я сама вот только, считай, узнала многие вещи… вспомнила, вернее, — ответила я.
Бот отвернулся, уставившись на портал. Больше у него вопросов не было. Либо же — что более вероятно — он решил их оставить на потом.
— Спрашивай, младшая из Диенгенваксов. МЫ ответим на твои вопросы.
