Вернувшись в комнату Тей, я с облегчением заметила, что принцесса в ванной, поспешила положить вещи на стол и забралась поскорее в постель. Если повезет, то Тей подумает, что я сплю, и не станет меня будить.
Знаю, хорошая и верная подруга ее бы дождалась, вот только что-то придумывать, говорить, выдавать очередную порцию лжи, я была просто не в состоянии. А правда… знаю, не хорошо скрывать такое от самого близкого, за исключением Инара, существа на свете, но что я скажу? «Дорогая Тей, я веду себя глупо, потому что бесконечно люблю твоего брата, да и он вроде тоже, и уже давно. Да, мы тебя обманывали и скрывались, и вообще, я его истинная, и если кто-то узнает, то меня, скорее всего, уничтожат, Инар взбесится, и Илларию ждет кровавый ад. А так ничего, Тей, ты только не волнуйся, все хорошо, все просто замечательно, и я вовсе тебе не лгала целый год, нет, я просто умалчивала кое-что. И ты права, я плохая подруга, и нарушила обещание никогда ничего не скрывать. Прости…».
Правы умные люди, иногда правда бывает никому не нужна, а тот, кто не лжет во благо, считая себя правдолюбцем, просто идиот. Ну, кому будет лучше от того, что вы скажете подруге, как она растолстела за лето? Или поведаете сестре, что муж у нее идиот, каких свет не видывал. Кому от этого станет легче? Им, вам? Да никому. Подруга разобидится, сестра прогонит, и останетесь вы одна одинешенька, зато вся такая правдивая… Нет, это не мои слова, но какие же они верные.
Вот так, уговаривая свою разгулявшуюся совесть, я не заметила, как заснула. Правда, спала не долго, да и пробуждение мое было весьма своеобразным. Ага, я от этого пробуждения, чуть богам душу не отдала.
Его приезда ждали все: Эвен, которому не терпелось узнать тайну его появления, повелитель, который тайну эту знал, или догадывался о ней, и был не особо счастлив от своих догадок, его ждала Паэль, которая питала необъяснимую слабость к Солнечному семейству. А ведь именно Солнечная королева привезла в ее страну ненавистную Мариссу де Томей, мать Теи и причину множества пролитых слез повелительницы. Но больше всего его ждала Тея, не переставая ругать себя за то, что все ее мысли постоянно крутились вокруг да около этого имени. Ее удивило, что все так ждали Солнечного принца, а встречала его только повелительница, на главной лестнице, при свете магических фонарей. Впрочем, у Инара сейчас были иные, более важные дела, он искал заговорщиков. Тея же никого не искала, особенно любви, и все же шесть лет назад, в свой последний приезд в Арвитан, это чувство коснулось ее сердца ненадолго. Она не признавалась никому, даже Клем, даже самой себе, что он ей понравился, когда подал руку и пригласил на танец маленькую неуклюжую девочку, с которой никто не хотел танцевать.
Это был бал в ее честь, организованный самой Солнечной королевой, но злыдня Самира устроила все так, что ни один мужчина или юноша в зале не замечал юную огненную принцессу. Весь вечер ее щеки горели от боли и унижения, она едва сдерживала рвущиеся наружу слезы, и только противный взгляд Самиры, преследующий ее постоянно, не давал гордо уйти. Инара рядом не оказалось, его увел дядя сразу же после первого танца, открывшего бал, а Тей осталась одна, со всеми этими пираньями и подпевалами Самиры, не забывшей ни слова из тех грубостей и оскорблений, которые когда-то позволяла себе принцесса Илларии. И теперь Солнечная принцесса здесь и сейчас решила отыграться за все.
И вдруг, как луч света в кромешной тьме, перед ней, трясущейся от гнева и унижения, появился он — Солнечный принц Дэйтон. Красивый, высокий, волнующий девичье сердце, галантно протянул руку, приглашая на заключительный танец. Как она могла не согласиться? Тем более, когда заметила скривившееся от ярости лицо ненавистной «прилипалы» Самиры.
А как он ее вел, уверенно, без сомнений, словно они танцевали вот так всю жизнь. В ее ушах до сих пор звучали его слова:
«Я думал, она вас сломает. Рад, что ошибался».
А от его улыбки, ее сердце забилось чаще. Еще чуть-чуть, какое-то мгновение, и она могла бы влюбиться, но танец закончился, Солнечный принц ушел, забрав с собой всю ее уверенность, но оставив глубокое удовлетворение от вида перекошенного лица Самиры.
Однако, Солнечная гадина не намерена была так просто оставить ее в покое. Проводила брата взглядом, и подползла к Тей со своим ядом.
— Что, принцесса, глаз от него отвести не можешь?
Она и правда не могла. Ей казалось, что из всех присутствующих, он самый… необыкновенный, не такой, как все.
— И не мечтай. Не по тебе птица.
— По тебе что ли? — огрызнулась задетая Тей.
— Как знать, — с намеком ответила Самира.
— Извращенка, он братом тебе приходится.
Тей знала, что на самом деле они не родственники, но не могла не поддеть ненавистную девчонку.
— Уж лучше приходиться ему сестрой, чем быть дочерью шлюхи илларского повелителя.
Тей не сдержалась, ее стихия вырвалась из под контроля, и подпалила платье Самиры. Та закричала, как обезумевшая курица, все метнулись к ней, и первым принц Дэйтон.
