Он сидел, не шелохнувшись, и только смотрел на видение Ирмы. Она встала у изголовья его кровати и игриво обмотала вокруг Марка белую нить, исходящую от её сердца. Марк не дрогнул, когда же его мысли, смутные и беспорядочные, были ввергнуты в глубочайшее смятение.
— Зачем вы позвонили? — задал он главный вопрос, крутившийся на уме.
— Мне нужна ваша помощь. Вернее, нам обоим нужна ваша помощь. По телефону я не в состоянии объяснить всю суть проблемы, потому предлагаю встретиться. Место — больница святой Елены. Время выберете сами, я встречу вас в любое время.
— Я поеду сейчас, — осмелел Марк.
— Тогда я жду вас, — и раздались гудки.
Не теряя ни минуты, Марк тщательно собрался в путь и вслед за Ирмой вышел из квартиры.
Пробил первый час 7 октября, когда он подъехал к больнице святой Елены. Призрак Ирмы повёл его ко входу отделения, где располагался морг. Высокий мужчина в длинном пальто теребил бородку, в разъедающем нетерпении прислонившись спиной к стене. Ирма подвела Марка к этому мужчине и мотыльками растворилась в ветре.
— Здравствуйте. Я Марк Вихрев.
— Герман Соболев. Ирма говорила мне о вас. Я, пожалуй, извинюсь за свою невинную ложь — я брат Ирмы, не друг.
— По телефону вы сообщили мне, что ждёте от меня какой-то помощи. Я жду объяснений.
— Они ждут вас здесь. Идёмте, — и Герман отвёл Марка в морг.
Атмосфера смерти, сдавливающая лёгкие, обрушилась на Марка сразу же, как только он переступил порог. Кисло-сладкий трупный запах бил по носу, вызывая лёгкое подташнивание. Он плавал повсюду, впитываясь в одежду, прокрадываясь в кожу.
Дабы отвлечь Марка от ненужных впечатлений, пока они шли по белым коридорам, Герман затеял с ним разговор:
— Для начала я представлюсь вам подробнее. Я патологоанатом этой больницы, но помимо этого занимаюсь изучением феномена, жертвой которого как раз пали вы, Марк. Втайне, разумеется. Оккультизм нигде не приветствуется, а именно в этой сфере я и копаюсь.
— То есть, в архивах вам нравится копаться больше, чем в людях? — сострил Марк.
— Ха-ха, в равной степени. А теперь к делу. О моей тайной работе известно немногим моим коллегам. Те, в свою очередь, дали обет молчания, что никому не выдадут мою деятельность. Так что и вы пообещайте, что никому не расскажете, чем нам с вами предстоит заняться.
— Для этого мне нужно знать самому, чем мне предстоит заняться.
— Сейчас увидите.
Герман отпер операционный зал, где он постоянно работал, и включил свет. На столе под простынёй покоилось чьё-то женское тело. С опаской подойдя к нему, Марк откинул край с лица… и узнал в нём Ирму.
— Не беспокойтесь, она жива, — успокоил его Герман. — Это и плохо, и хорошо.
Марк раскрыл рот, но так и не определил, какой вопрос подходит сюда лучше: «Что же здесь хорошего?» или «Что же здесь плохого?»
— Вы не дорассказали о феномене, который вы изучаете, — напомнил Марк, отвлекшись от мрачных размышлений о теле его доброй знакомой.
— Ах да. Вам наверняка любопытно узнать, что ваш дар имеет определённое название. Но вы присаживайтесь.
Марк уселся на предложенный стул. Герман остался стоять и, дождавшись его внимания, начал свой рассказ:
— Вы стали таким созданием как полутень — по сути призрак во плоти. Тот, кто одной ногой стоит в мире живых, а другой в мире мёртвых. Такими становятся после переживания очень сильных эмоций, связанных с осознанием смерти — и крайне редко. Вы уже испытали всю прелесть вашей новой природы. Телепортация, лёгкость полёта, зрение медиума. Но, как говорится, у всего есть обратная сторона. Со временем при частом выходе из оболочки связь между телом и душой истощается, и этот самый выход из тела, а также возвращение в него, становится неконтролируемым. Моя сестра пала жертвой именно этой ошибки.
— В один прекрасный день она просто не смогла вернуться. Фактически она мертва, даже не умерев по-настоящему. И вот я подошёл к главному, почему мы вас позвали.
Марк приготовился, так же внимательно и увлечённо слушая исследователя.
— Мне нужна в помощники живая, полноценная полутень, чтобы помочь мне избавить Ирму от участи полуживого организма. Так я могу одновременно изучить особенности «живой» полутени, чтобы перенести полученные наблюдения на разработку способа возвращения «мёртвой».
— То есть, вы хотите предложить мне роль подопытного кролика?
— И да, и нет. Вы будете больше, чем просто глупый кролик. Вместе со мной вы будете совершать открытия в области, куда ещё никто и не совался. Не за бесплатно, конечно, я буду вам платить за каждый день нашей совместной работы. А вы рассказывайте мне обо всех ощущениях и «симптомах», которые вы испытываете в облике полутени.
