— Я помогаю новым друзьям организовать оборону от скорой атаки вашего Ордена. Они признали меня главнокомандующим. Не так ли? — Последнюю фразу я произнёс с нажимом, обращаясь к бандитам.
Те синхронно закивали.
Рико прищурилась, изучая собравшихся, но потом встряхнула головой и сказала:
— Я знала, что ты человек многих достоинств, но и не подозревала, насколько ты опытен! В жизни не представила бы, что можно так быстро завоевать уважение всех руководителей особых кварталов.
Она села рядом с Элиссой, на миг улыбнувшись ей. Та ответила на улыбку.
В отличие от Рико, Апмана моё объяснение не удовлетворило, однако он не стал задавать лишних вопросов; ограничился подозрительным взглядом и выбором места как можно дальше от меня.
— Ты упомянул о вторжении. Выходит, вам уже известно? Кто-то напал на моего брата. Белаф рвёт и мечет. Утром он потребовал созвать Совет Лордов. Прямо сейчас идёт совещание, на котором он пытается убедить остальных лордов-рыцарей, что проблему особых кварталов пора решить раз и навсегда.
— Ты пришла сюда, хотя пострадал твой брат? — заметил я. — Неужели в тебе нет желания отомстить?
Элисса при упоминании об этом подскочила, будто ужаленная, и с ужасом посмотрела сначала на меня, а затем на Рико.
— Рег всегда стремился получить признание отца, —сказала та. — Я рада, что он выжил, однако сомневаюсь, что на него напали без причины. Он никогда раньше не посещал особых кварталов и мог… перейти границу. Особенно если подумал, что именно этого от него ожидают — дерзости, наглости, пренебрежения к больным. В глубине души Рег хороший, но жажда похвалы не довела его до добра. Я пыталась объяснить ему, что идти по стопам отца не лучшая затея, но… не получилось.
— Выходит, Совет Лордов может наложить вето на идею Белафа? — вставил Панфил.
Я обжёг его недовольным взглядом, и старик отшатнулся, как от удара хлыстом.
— Разве я разрешал говорить?..
— Прошу прощения, господин Каттай.
Оба алоплащника с изумлением воззрились на меня. Я хохотнул:
— Не берите в голову. Он задал правильный вопрос. Просто забыл, что от имени трущоб пока говорю лишь я.
— Скорее всего, лорд-рыцарь получит разрешение действовать от своего имени. Официально Совет не даст своего согласия, но выпустит декрет, который дозволит желающим заняться возвращением порядка в особые кварталы. Этим воспользуются отряды самого Белафа и его приверженцев среди лордов-рыцарей, которые объявят, что больные взбунтовались с намерением захватить Цитадель.
— Как много людей поддерживают Белафа?
— Ещё трое, — ответила Рико. — Такие же безумцы, как и отец, только и выжидающие повода сжечь здесь всё дотла.
— Даже если местные обитатели не будут оказывать сопротивления, пока солдаты наводят порядок? — уточнил я.
— Это облегчит им задачу, — сказал Апман. — Доктрина радикалов гласит, что все зараженные, безоружные или нет, подлежат очищению в огне.
Бандиты потрясённо зашептались. До этого момента в них теплилась надежда, что беда как-нибудь исчезнет сама; теперь они поняли, что я не пытался преувеличить её масштаб.
— Ни один лорд-рыцарь нет сочувствует жителям трущоб?
— Большинство колеблется, — поджала губы Рико. — Они боятся, что Белаф загребёт под себя ещё больше власти и отомстит тем, кто открыто выступал против него. Рано или поздно он добьётся своего.
— С тех пор как он заполучил Венец Первого Основателя, его восхождение к вершине стало делом времени, — мрачно подтвердил Апман.
Я живо вспомнил золотой венок, будто сотканный из языков пламени, на седых волосах Белафа.
— А что он делает? Усиливает ваш дар?
— Это реликвия, оставшаяся от Первого Основателя Ордена, — пояснила Рико. — По легенде, его вещи — венец, посох, плащ и власяницу — может носить только достойный и твёрдый духом. Нечистых помыслами сожжёт на месте священное пламя. По какой-то причине Первый Основатель счёт отца достойным… Многие идут за ним лишь поэтому.
— Белаф рискнул пройти испытание на владение единственной сохранившейся реликвией, — дополнил Апман. — Другие были утрачены века назад.
Его лицо скривилось в невесёлой ухмылке.
— Полагаю, после того как Совет Лордов выпустит декрет и Белаф выступит перед простыми рыцарями, число его сторонников кратно приумножится. Чаши Господни запылают столбами по всему Амадору, поддерживая его решение.
— Но если его убить в бою, движение радикалов распадётся? — произнёс я. — Едва ли нейтральные лорды-рыцари позволят им бесчинствовать без своего вдохновителя.
— Белаф останется в Цитадели, я убеждён в этом, — возразил Апман. — Иначе…
Он пробежался взглядом по толпе бандитов.
