Четыре луны они дышали чистым воздухом Инкараза, и Мейзан почти позабыл, каково это – находиться в Мэлине. Каждый неровный вдох походил на скрежет когтей капизера по горлу, а при каждом моргании сетчатка глаза будто пылала.
«Всегда ли было так плохо, – размышлял Мейзан, пока они шли вдоль скалистого ландшафта, – или просто я испортился в компании верхних?»
Зенира прервала их тренировку, чтобы сообщить, что они посетят деревню балансиров для срочной целительской миссии, чему Аранель несказанно обрадовался. Они отправились в путь ночью. Мейзан был готов к встрече с солдатами Калдрава, хотя предводительница уверяла, что разведала маршрут заранее. И тем не менее юноша был в полной боевой готовности.
Солдаты Калдрава не единственные враги в этом царстве. Даже когда балансиры двигались бесшумно, стараясь оставаться невидимыми, Мейзан замечал среди теней горящие глаза.
Аранель едва не выпрыгнул из кожи, когда Зенира указала на силуэт спящего нагамора. Майани вклинился между Мейзаном и Айной, и никакие насмешки не могли заставить его вернуться на свое место.
Они пересекли Музирени пешком, используя усиленный хитронический контроль, чтобы идти по мутным водам, а Зенира поддерживала Айну, чтобы та не оступилась. Через три дня пути утомленные, но невредимые балансиры оказались на склонах Иш’шаи, также известной как Мрачная скала.
Деревня расположилась к востоку от Иш’шаи, в расщелине с сетью небольших пещер. По словам Зениры, на верхних ярусах располагались жилые и лечебные помещения, а те, что находились ниже, служили складами.
В расселине оказалось жарче и мрачнее, чем в Инкаразе. Возле входов в пещеры были разбиты брезентовые палатки, а кое-где стояли хлипкие бараки из гофрированного железа. Они выглядели ненадежно, и казалось, они вот-вот рухнут в пропасть.
– Деревня перенаселена, – пояснила Зенира. – В пещерах может разместиться около ста человек, но из-за недавних беспорядков пришло еще столько же. – Она повела их вниз по склону разлома, предупредив, что разрушать скалу нельзя и при спуске следует использовать точный ченнелинг.
Вслед за Зенирой они вошли в пещеру побольше, где вокруг внушительного костра стояли ветхие палатки.
– Здесь располагаются целители. – Она жестом указала на самый большой шатер. – Там внутри есть ящики с основными медицинскими принадлежностями. Приступайте к работе, а я найду глав деревень. – Зенира повернулась к Аранелю. – Твоя кузина сказала, что ты хорошо разбираешься в целительстве. Займись пока этим, а я скоро вернусь. И обрати внимание на яркость кейз.
Она исчезла в темном проходе, и троица настороженно вошла в шатер.
Мейзан не знал, что их ждет внутри, но точно не ожидал увидеть детей, сгрудившихся на тонком матрасе. Их было около десяти, с самыми разными травмами – от свежих ожогов до сломанных костей.
Рядом с ним Аранель весь побелел, прижав руку ко рту.
– Что… как… кто…
– Калдрав, – одновременно сказали Мейзан и Айна.
– Должно быть, солдаты уничтожили их деревни, – добавил Мейзан.
Он не стал продолжать, потому что Аранель выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание. Но Мейзан знал, что произошло. Солдаты забрали взрослых и оставили детей. Судя по всему, ребятишкам не хотели причинить вред, ведь Мейзан видел, что бывает, когда солдаты приходят убивать. Дети просто оказались не в том месте и не в то время, когда рушились их дома.
Большинство молчало, за исключением плачущего малыша, которому на вид было не больше двух лет. Несколько мальчиков с угрюмыми лицами возводили башни из веток и рыбьих костей. Девочка в углу плела из обрывков веревки что-то вроде ожерелья.
Пальцы Аранеля засветились зеленым, и он направился к плачущему малышу. Мейзан схватил его за запястье и остановил.
