Эмили засмеялась и от восторга захлопала в ладоши. Как по сигналу, сквозь волны пробился фонтан, и рыбак, мгновенно распрямившись, обвёл взглядом бурное море. Действительно, из волн поднялась серая, в шрамах, усеянная ракушками спина огромного кита. Мужчина поднял со дна лодки тяжёлый гарпун и направил его в плывущее перед ним огромное животное. К другому концу был прикреплён трос, свёрнутый кольцами на скамейке. Рыбак чувствовал свой шанс и встал, широко расставив ноги, в качающейся лодке. Кит вынырнул, и мужчина бросил гарпун, который глубоко вонзился в бок кита. Тупой удар сотряс сцену и зрительный зал. Зрители закричали, а кит рывком нырнул в море, словно его потащила на дно неудержимая сила.
Лодка качалась на волнах, и слышался только их грохот и вой ветра. Рыбак торопливо наматывал трос гарпуна на деревянный колышек, а публика на долгие, жутковатые секунды затаила дыхание.
Потом сцена просто взорвалась. Дюжина лиловых щупалец с присосками величиной с блюдце высунулись из волн и ударили в борт. Полетели щепки, рыбак упал на дно лодки. Кит снова вынырнул, обвитый щупальцами, и, пытаясь освободиться от смертельных объятий, стал крутиться вокруг своей оси. Одно щупальце высунулось из воды и потянулось в зрительный зал. Молодая ведьма в первом ряду еле успела нырнуть, а соседнее сиденье было разбито.
Седрик вскочил:
– Мы… на нас напали!
– Ну наконец-то! – прорычал Эллиот и соскользнул со скамьи. – Sioc!
Его руки сверкнули синим огнём, и он вонзил морозную магию в щупальце спрута. Оно зашипело, задёргалось, по нему зазмеилось серебристое пламя, и из глубины моря-декорации раздался ужасный рёв.
– Эллиот, не дразни его! – крикнула Эмили. – Ты ведь помнишь, к чему это привело в прошлый раз!
Седрик увернулся от мечущегося щупальца и бросился на пол к Эллиоту.
– А что случилось в прошлый раз? – еле слышно спросил он.
– Нас довольно долго сюда не пускали, – ответил Эллиот.
Тем временем на сцене шла яростная борьба между спрутом, китом и марионеткой. Седрику уже казалось, что это не представление в кукольном театре, а что там, на сцене, человек защищает свою жизнь.
Рыбак снова стоял в своей пострадавшей лодке и бил рулевым веслом по щупальцам, обвившим мачту и релинг. Он вскрикнул от боли, когда щупальце ударило его по плечу. Седрик услышал, как лопнула нить, держащая руку рыбака. Рука беспомощно повисла, и Седрик начал беспокойно озираться в поисках подмоги.
Вокруг него зрители убегали от щупалец, тянущихся к ним со сцены. Большинство отступили к задней стене зрительного зала, кто веселясь, а кто с ужасом. В первом ряду осталась лишь пожилая дама, она спокойно вязала, хотя рядом с ней разгорелась ожесточённая схватка между господином в цилиндре и щупальцем. Издав боевой клич, джентльмен с голыми руками набросился на щупальце, пытаясь его оседлать. Его попытка казалась смехотворной – ведь глубоководный монстр был в сотни раз сильнее. Сидевшего верхом на щупальце мужчину швыряло в разные стороны совсем как куклу. Но только Седрик хотел испуганно закричать, опасаясь за жизнь пожилого господина, как пожилая дама вытащила из своего вязания спицу и ткнула ею в лиловую кожу спрута. Под сценой раздался странный писк, сменившийся жутковатым хрюканьем. Дама продолжала невозмутимо вязать; щупальце на краткий момент замерло, потом обмякло, словно старый носок, и уползло через край сцены в недра моря.
Пожилой мужчина выпрямился, отряхнул свой цилиндр и разгладил костюм. Потом мрачно, но с благодарностью кивнул даме, которая лишь слегка улыбнулась.
А для кита передышка была совсем недолгой; чуть позже из воды снова высунулись щупальца и обхватили гигантское морское млекопитающее. И как кит ни крутился, как ни отбивался ударами мощного хвостового плавника, все видели, что он постепенно теряет силы. Его движения замедлились. Борьба подходила к концу, и было ясно, кто станет победителем.
Эмили с досадой ударила себя по коленям:
– Я больше не вынесу. Мы слишком много раз видели ужасный конец этой истории. И всё только ради вон той особы. – Она показала на рукодельницу.
– Кто она? – спросил Седрик.
– Это миссис Финнеган. Сумасшедшая старая ведьма. Наша учительница по истории магии, – ответил Эллиот.
Чудовищный спрут убрался в морские глубины, унося в щупальцах побеждённого кита. Последнее бульканье – и волны над ними сомкнулись. Ветер и море успокоились, волны вернулись к их вечному ритму. Невозмутимому и неустанному. Вверх – вниз, вверх – вниз.
Рыбак, чуть живой, занялся лодкой: устало бросил на дно руль и пытался поправить разорванный парус. Тут раздался звук, неестественно громкий на фоне шума волн. Рыбак озадаченно оглянулся.
Седрик тоже услышал шорох – словно грубый канат тянут через деревянную планку. Он испугался. Гарпун остался торчать в ките!
– Кит утащит лодку в глубину!
Рыбак в лодке словно услышал крик Седрика и лихорадочно пытался развязать узел троса, держащего гарпун. Шансов у него не было: рука его по-прежнему безжизненно висела; магические нити, дававшие ей жизненные силы, были оборваны.
