Нажав кнопку у бронированной двери бункера, он вышел во двор крепости. Здесь тоже ничего не изменилось — лишь на металлическом склоне срезанной пирамиды, которую венчала полукруглая орудийная башня, лежала какая-то громадная, метров десять длиной, рама, по виду, невероятно тяжелая. Судя по оставшимся на броне башни глубоким блестящим отметинам, она прилетела откуда-то сверху. Йаати, впрочем, не стал подходить к ней. Он подошел к воротам, и, дернув за рычаг замка, открыл их. В механизме что-то глухо загудело, потом огромные броневые панели распахнулись. Шу стоял сразу за ними, нервно оглядываясь, — и сразу же вбежал внутрь. Йаати вновь потянул за рычаг, и ворота закрылись.
— Ну вот, здесь мы в безопас… — начал он, повернувшись к Шу с видом радушного хозяина, — но в этот самый миг белый, ослепительный луч распорол створку ворот, как бумажную, и уперся в основание орудийной башни, пройдя всего в полуметре от бока ошалевшего Йаати. Тот плашмя бросился на землю, — а все турели на стене зашлись бешеным огнем. Луч полыхнул вновь, насквозь пробив оставленный ими бункер, — в нем что-то гулко взорвалось, и над крышей поднялось облако бурого дыма. Потом что-то гулко рвануло далеко за стеной, и так же внезапно стрельба стихла.
Какое-то время Йаати лежал на спине, тупо глядя в мрачное низкое небо — после всего, им пережитого, это было, пожалуй, уже чересчур. Всего чуть-чуть в сторону — и…
Наконец, собравшись с силами, он сел, испуганно покосившись на две прорези, до сих пор окаймленные раскаленным металлом. Может,
Шу тоже перевернулся и сел, взглянув на него как-то испуганно. Ещё с минуту они молча сидели на земле, глядя на пустой пыльный двор. Тоже ничуть не изменившийся, и Йаати никак не мог поверить, что всё, что с ним случилось, произошло на самом деле. В какой-то миг ему даже показалось, что он вообще не покидал крепости, и всё это ему лишь почудилось. Он даже с удивлением посмотрел на Шу, уже не вполне понимая, откуда тот тут взялся, — но Шу был совершенно реален, и явно не собирался никуда исчезать.
— И что дальше? — наконец, спросил он. Над головой ползли низкие, страшные тучи. Волной накатился грохот оживших вновь турелей, на который накладывался сплошной, низкий гул, похожий на гул водопада, — как решил Йаати, исходивший от беспрерывно сверкающих молний.
— Подожди… сейчас, — Шу полез в карман штанов и вытащил ключ. На Йаати вновь нахлынули сомнения, — он совсем не был уверен, что здесь проклятая штуковина сработает, — но выбора, увы, не оставалось. Вновь выходить наружу и лезть в амбразуру ему совершенно не хотелось. Он нутром чувствовал, что весь отпущенный ему лимит везения исчерпался до дна, и ничем хорошим такая вылазка не кончится. А в бункер над обрывом он сейчас просто не залез бы.
Неловко поднявшись, Шу подошел к двери соседнего, целого бункера, и, направив ключ на багровый глаз замка, нажал кнопку.
Ещё целый бесконечный миг дверь не двигалась… а потом всё же неохотно отошла в сторону.
В другой ситуации Йаати, наверное, завопил бы от радости, — но сейчас он так устал, что эмоций в нем уже не осталось. Он торопливо проскользнул внутрь, — и облегченно выдохнул, когда Шу нажал кнопку двери, отрезав их от враждебного внешнего мира. Здесь, правда, тоже было беспокойно и шумно, — турели напряженно гудели, двигаясь туда-сюда и почти беспрерывно плюясь сине-желтым огнем.
Почти против своей воли Йаати подошел к амбразуре. Вдали, в поваленных, помятых зарослях, мелькали какие-то фигурки, — так много, что у него даже зарябило в глазах. Там то и дело вспыхивали дрожащие звездочки очередей, пули отчетливо били в металл бункера или в ярко вспыхивающее поле. И над всем этим нависало низкое, страшное небо, словно проваливаясь вверх в ярких вспышках молний. Йаати передернуло. Там, снаружи, им, может, и удалось бы убежать, — но до заката они уже точно не дожили бы…
— Пошли отсюда, — мрачно сказал Шу.
Они спустились в длинный, изгибавшийся коридор, обегавший весь периметр крепости. Ноги сами принесли их к другому бункеру, над обрывом, — нелепой коробчатой конструкции, похожей на угловатый павильон в парке, но только построенный из огромных листов черно-сиреневой брони. Турели здесь молчали, и, чуть придя в себя, они остановились в центре этой большой комнаты с тремя импульсными пушками. Всю переднюю её стену занимало сплошное окно-амбразура, и Йаати испуганно спросил:
— Здесь не опасно?
Шу усмехнулся. В данных обстоятельствах вопрос звучал довольно глупо. В конце концов, именно Йаати провел пару дней в этой крепости.
— Нет. Стены бронированные. Так что…
