В те времена морские державы и различные компании, пытались как могли бороться с пиратством. Торговые суда объединялись во флотилии, а судовые команды вооружались, в то время как военные корабли, патрулировали торговые пути. Лишь изредка высаживая на берег хорошо вооруженный десант, который устраивал опустошительные набеги на базы морских бандитов. Что позволяло, на какое – то время снижать активность корсаров на важнейших океанских коммуникациях. Однако полностью искоренить это явление не представлялось возможным, даже заглавным морским державам, активно переводившим свой флот на паровые машины.
Орлов осознавал, что у берегов Русской Америки не проходят важные торговые пути, как и то, что русские военные корабли, могут появиться в этих водах не скоро. Все, что оставалось, так это надеяться на силы поселенцев, которые были крайне скромны и сосредоточены в основном в нескольких фортах. И где общая численность которых, едва доходила до тысячи винтовок, что не представляло никакой угрозы ни для пиратов, ни для разношерстной братии браконьеров. Русские колонисты практически ничего не могли противопоставить лихому люду, а империя не могла усилить численность гарнизонов в фортах – людей не чем было кормить.
– Ну, ничего…, придет время, и заломы пограничные поставим по берегу и с кораблями все разрешим! Главное есть удобные бухты, где эти самые корабли размещать можно, – проговорил поручик, вставая.
Выйдя в коридор и придерживаясь из-за качки за его стены, он направился к камбузу, из-за дверей которого вновь раздавалось пьяное пение Неплюева.
– Отворяй, Иван Иванович! – крикнул он. Постучав в массивную дверь.
Пьяное пение мгновенно оборвалось, послышалось бряканье металлической посуды и все стихло.
– Не дури, говорю, открывай! Что мне двери ломать?
Наконец брякнул засов, дверь со скрипом отворилась. Взору поручика предстал жалкого вида человек с красным, осунувшимся, давно не бритым лицом. Который едва держался на ногах и подслеповато щурясь, пытался понять, кто перед ним стоит.
Шагнув через порог Орлов, осмотрел не большое помещение, заставленное столами, лавками, стеллажами с металлической посудой и только после этого строго спросил:
– Все гуляешь, Иван Иванович? Мы же вроде договорились, что ты спать пойдешь! У меня каждый человек на счету, а ты гулять изволишь!
– Прости меня, Константин Петрович, – прошептал тот затравлено. – Ничего сделать с собой не могу. Сон не идет и душа болит спасу нет! Думаешь, я не понимаю, что кораблик этот станет для нас могилой? Никогда они нас в покое не оставят, эти бандиты проклятые, а сами – то мы морскому делу не обучены! Я это сразу смекнул, что на этом проклятом корыте закончится наша дорога в Родину.
– Ну, зачем же ты нас раньше времени хоронишь? – устало, проговорил поручик. Натянув фуражку на глаза. – Бог даст, прорвемся! Впервой нам, что ли?
– Что – то твой Бог, Константин Петрович, не шибко – то хочет нам помогать, – всхлипнув, пролепетал инженер. С трудом садясь за стол. – Запер нас на этой хреновине, как тараканов в банке!
– Это не ты говоришь, инженер, – это вино в тебе говорит, – проговорил Орлов. Вздыхая, садясь напротив. – А Всевышний, нам вон как с лодкой подсобил, что мы у испанцев отбили! На ней ведь почти до форта добрались, сократив при этом расстояние значительно, да и динамитом разжились по дороге, а через это теперь гранаты имеем. Форт вон опять же отстояли Черемисова. Про "Око империи "теперь все в округе знать будут…, а ведь отстояли на пределе сил своих…, верю, что только благодаря помощи Господа нашего, удержали рубеж. Он опят же способствовал союзников нам найти, в этих землях диких, в лице американцев. Дозволил и шхуну отбить и матросов испанских для подмоги дал! Не горюй, инженер, прорвемся я думаю и на этот раз…, на то мы и православные, на то мы и русские!
– А, что же нам делать, если никто из нас школ морских не заканчивал? – выпалил Неплюев. – Ради чего мы столько мук тут приняли и испытаний? Сдается мне, что этим гусям петербургским, не нужны не мы со своими изысканиями, ни поселенцы наши с их бедами. Ни черта им не надо! Брошены мы тут, как котята слепые на выживание.
Поручик внимательно посмотрел на качающегося инженера, глядевшего в одну точку, на его глаза со слезами и тихо проговорил:
– Пока снабжать наших колонистов всем необходимым не просто – это верно. Дорогое это удовольствие…, держава еще от войны не оправилась. Да, голодуют пока тут наши люди, от болезней мрут и на помощь пока надеяться не приходится. Из Сибири сюда провиант везти пока возможности нет, слишком слабы мы там, да и дорог опять же нет никаких. В приморье дела еще хуже обстоят, портов нормальных нет, с дорогами такая же история. Железных дорог нет, а земляные раскисают от не большого дождика. Через это и все беды наши! Снабжать эти земли пока можно только морским путем, а сие занятие требует времени и больших расходов из казны. Сам посуди, корабли наши огибают Африку и плывут сюда по полгода.
