– Этому может помешать не водка, а только погода и то, что у нас нет описания мелей и банок! – выкрикнул Бернс. Пряча бутылку под стол. – Это же только вы и ваши сумасшедшие друзья янки, ходите здесь, не имея точно прописанных карт с глубинами. Это только вы можете гордиться, что эти земли принадлежат вам более ста лет! И вас словно не касается, что за все это время, вы не поставили ни одного сигнального семафора, ни одного маяка, ни одного бакена.
– А ты принимай это, капитан, за военную хитрость русских, – усмехнувшись, отозвался поручик. – А ежели так переживаешь, что конфуз какой в пути может произойти – так идите по бурунам, с промерами в опасных местах.
Бернс с нескрываемым интересом посмотрел на собеседника и помолчав не много произнес:
– Можно конечно и по бурунам…, но для этого нужна видимость, хотя бы на пару кабельтовых. Только в этом случае, мы сможем своевременно заметить, где закипает вода у рифов, только тогда можно будет обойти препятствие на малых оборотах.
В этот момент в коридоре послышался, какой – то шум, а в дверях появился раскрасневшийся инженер, который с порога выпалил:
– Там Джон с урядником сцепились!
– Этого еще не хватало, – сплюнув, проговорил Орлов. – Ладно, идем, а ты, капитан, допивай свою водку и иди к себе спать, а ключ от твоего хранилища у меня пока побудет на хранении.
– Когда же ты его успел умыкнуть? – растерянно, пробормотал Бернс. Шаря в пустом кармане. – Не доверяешь, значит?
– Переживаю, что потерять можешь. Ты же его уже выронил и не заметил даже, идем инженер. Где они сейчас?
– В грузовом трюме! Сцепились не растащить никак.
– А чего не поделили?
– Так они в бочке пустой, какого – то китайца нашли, вот из-за него и заспорили.
– Погоди! Какого еще китайца?
– Ей богу, Константин Петрович, китайца самого настоящего! Он шельма, видать с самого начала в бочку дубовую спрятался и там затихорился.
– Ладно, я драчунов сейчас гляну, а ты присмотри за капитаном, чтобы по пьяному делу не натворил он чего. Схоронись в соседнем кубрике, за стеной камбуза, а как он водку свою допьет, то помоги ему до своего гомака дойти.
Спустившись в грузовой трюм, Орлов какое – то время смотрел на катающиеся по полу тела. Затем сел на один из ящиков рядом, устало разглядывая нового желтолицего пленника с длинной косой. Который лежал на мешках с зерном какао, в цветастом, стеганным халате и трясся всем телом, с ужасом наблюдая за всем происходящим.
– Я вам не сильно мешаю? – буркнул наконец поручик.
Боровшиеся замерли на мгновение, затем поспешно вскочили, отряхивая одежду.
– Ваше благородие, это не я начал, – пробормотал Степанов, тяжело дыша. – Это все американец затеял. Призываю в свидетели всех пророков, святителей, мучеников и проповедников! Мы энтого китайца, на палубе обнаружили в одной из бочек. Он, видать, туда со страху залез, а может и по пьяному делу.
– А задрались зачем? – сплюнув, спросил Орлов.
– Я, Америке, говорю, что, мол допросить его надобно, глядишь он что – то интересное поведает нам. А, Америка, знай кричит, что мол за борт его кидать надобно.
– Да эта чертова кукла, Генерал, даже разговаривать с нами не хочет! – взорвался Джон.
– Так я же и гутарю, что замлел он маненько от холода! Его в чувство привести надобно, для начало! А ты заладил, что за борт и все тут. Ох и здоровый же ты братец!
– Не велика потеря, – отмахнулся американец, буркнув с ожесточением. – Нам в южных штатах, эти сыны Небесной империи, уже и так в печенках сидят! И тут они опять! Ну как тараканы честное слово! Ну, ты казак зла на меня не держи, это я из-за товарища убиенного в себя никак не приду.
– Ладно, забыли уже, – отмахнувшись пробормотал тот. Сосредоточенно одевая шапку.
– Тащите его в один из кубриков, – покачав головой, проговорил поручик. Массируя себе виски. – Дайте ему водки, может и впрямь чего интересного поведает. А ты, Америка, держи себя в руках! Нам сейчас не раздоры промеж себя выстраивать надобно, а едиными и монолитными быть как никогда. Атаковать ведь в любую минуту могут! Вот ключ возьмите от сундука, что на камбузе стоит – запасы Бернс там хранит водочные. Думаю, он не будет возражать, что одну бутылку возьмем для дела. Но только одну и только для дела!
– Извиняй, Генерал, больше такого не повторится…, обида это все за товарищей убиенных, душу гложет. А за нападения голову не ломай, сейчас ветер вон как окреп, волну такую поднял, что даже каноэ туземцев, от берега далеко не отойдет. Бери, казак, этого сына желтолицего под руку с другой стороны, будем его вашей водкой отпаивать.
– Да и капитана там не трогайте! – крикнул им в след Орлов. Направляясь следом на палубу.
