яркая и бросающаяся в глаза примета!
— Не волнуйтесь на этот счет, господин Берг! Я хорошо отрепетировал с полковником его пламенное сообщение о том, что господина Полонского могут не выпустить за пределы России из-за секретной работы, которая поручена Гейдену. Помните, он говорил о Полонском как о совершенно постороннем человеке, ни разу не намекнув на эту вашу роль! Во-вторых, Терентьев не знает о вашем походе в Яхт-клуб под именем Полонского! Полковник отправил его в тот день в Кронштадт!
Помолчав, Лавров легко коснулся плеча собеседника:
— Не говорю, что это совершенно исключено. Но отказываться от такой возможности ни в коем случае нельзя! Впрочем, окончательное решение за вами, господин Берг! Если вы считаете, что это слишком рискованно…
— Не надо считать меня чересчур осторожным человеком, Владимир Николаевич! Я, по-моему, уже доказал вам всем, что не слишком дорожу жизнью!
— Господин ротмистр! — грозно начал Архипов, отскочив от верстака, на котором, словно хирург в окружении ассистентов, «потрошил» очередную старинную шарманку.
«Ассистенты» — слесари под руководством Тимохи — притихли в предвкушении скандала, который устраивал своим домашним старый «полкаш», когда они мешали его занятиям в механических мастерских.
Архипов сдернул очки-лупы, используемые обычно часовщиками и ювелирами, бросил их на верстак и дрожащими от негодования пальцами стал надевать обычные, домашние, в круглой стальной оправе.
— Господин ротмистр! — Увидев лицо Лаврова, он сбавил тон и начал снимать только что надетые очки. — Владимир Николаевич! Голубчик, ну сколько можно просить?! Ну что у нас могло случиться такого, что стоит старой шарманки работы Мерсье?! Вы хоть знаете, что на сегодняшний день сохранилось только четыре — четыре экземпляра! — этих уникальных музыкальных инструментов, да и то в нерабочем состоянии, исключающем возможность восстановления? Ну что могло случиться ужасного?
— Наша птичка снесла яичко! — в рифму произнес Лавров и многозначительно поглядел на невольно засмеявшихся слесарей.
— Яичко? Какое яичко? — ошеломленно переспросил Архипов. — С ума вы все посходили, милостивые государи?!
— Бумажное, бумажное, Андрей Андреевич! Отнюдь не золотое! — Лавров мягко взял полковника под локоть и потянул к выходу. Понизив голос, он выдохнул в мохнатое ухо Архипова: — Наша ловушка сработала! «Подсадной троянский конь» выявлен!
К чести полковника, соображал он быстро и, мгновенно позабыв о шарманке Мерсье, устремился к выходу из мастерских, успев только грозно бросить через плечо:
— Шарманку без меня не трогать! Трофим, разрешаю снять только диск! И то, пожалуй, без меня не стоит! Я скоро буду!
Поднявшись по лестнице из полуподвала, полковник по привычке повернул в сторону библиотеки, однако Лавров отрицательно покачал головой и шепнул: «Кабинет!»
Пересказ событий сегодняшнего утра вместе с ответами на уточняющие вопросы занял не более четверти часа. Примерно столько же времени Лавров посредством дипломатии и даже физической силы удерживал полковника, порывавшегося немедленно отправиться на розыски Терентьева и р-р-разорватъ, пристрелить как собаку, выгнать взашей и т. д.
— Где сейчас этот негодяй? — наконец, выдохся Архипов, берясь за колоколец на столе, чтобы яростным звоном вызвать Кузьму.
Лавров мягко прижал его руку вместе с колокольцем к столу.
— Совершенно неважно, где он сейчас. Где угодно — лишь бы не подслушивал под вашим столом. Кузьму я позову сам — чтобы он с Трофимом быстро привел в порядок ваш парадный мундир.
— Мундир? Для чего мундир?
— Вам нужно сегодня же сделать как минимум два визита, ваше высокоблагородие. А еще раньше постараться вспомнить, кто именно рекомендовал вам Терентьева в адъютанты! Это крайне важно! Где у вас календарь личного состава русской армии его императорского величества? Ага, вижу! Сейчас найдем нужных нам людей, а вы пока вспоминайте, вспоминайте, Андрей Андреевич!
Минут через десять, сделав две закладки в календаре, Лавров снова принялся за «допрос»:
— Изволили вспомнить? Нет? Жаль, очень жаль! Теперь насчет визитов: с генерал-майором Ризенкамфом Антоном Егоровичем изволите быть знакомым? Шапочно? Жаль, значит, без Ванновского не обойтись. А с генерал-майором Михаилом Федоровичем Ореусом? Воевали вместе? Прекрасно! Теперь извольте телефонировать в Главный штаб Петру Семеновичу Ванновскому! Ну, вам в аудиенции военный министр не откажет, понятное дело! Главное дело — убедить его срочно вызвать к себе Ризенкамфа. Мне отчего-то кажется, что корни негодяйства Терентъева растут именно из его драгунского прошлого!
— Какие корни? — простонал Архипов, снимая слуховой рожок телефонного аппарата и послушно принимаясь накручивать ручку. — Барышня, соедините меня с Главным штабом, срочно!
— А чем прикажете объяснить Петру Семеновичу срочную необходимость вызова Ризенкамфа? — прошипел Архипов ротмистру.
— Скажите: дело, не терпящее отлагательств! Подробности — при личной встрече!
