– Не знаю, как насчет родной стихии, но то, что выживание людей зависит от способности выйти за пределы одной планеты, это точно. Думаю, что без космоса и колонизации планет у нас нет будущего. Жаль только что первые решительные шаги в этом направлении совершаются в таких условиях.
– Я думаю, что не будь катастрофы, рано или поздно это все равно бы произошло.
Странно, но пребывание в космосе, заставляло мыслить другими категориями. Может в этом и есть его влияние? Наш разговор прервался сообщением бортовой системы о подходе к контрольной точке. Потом вмешался Водолей:
– Администратор первого уровня запрашивает местонахождение, предоставить?
Мое отсутствие заметили. Я предполагал, кому мог понадобиться.
– Соединяй.
Последовали недолгие объяснения с Виталием Семеновичем на закрытом канале связи. Он был недоволен. Об этом я сразу забыл, как только мы стали приближаться к кораблю. Если на фото он выглядел угрожающим, то вблизи это был гигантский монстр, готовый в любой момент разорвать связь с Землей и устремиться в космос. Противное сомнение стало закрадываться в душу. Я тоже хотел бы оказаться на его борту, но выбор был уже сделан. Пока шла пересадка на вопросы Алены я отвечал невпопад и она поняла, что я занят какими-то мыслями. Расспрашивать меня не стала. Сегодня я прикоснулся к будущему, от которого сознательно отказался. Теперь и я не мог понять, что держит людей на отравленной планете. В себя стал приходить, когда челнок пошел на снижение. Нижняя плоскость челнока нагрелась до запредельных температур, мы вошли в плотные слои атмосферы. По уверенным движениям Алены я понял, что все так и должно быть. Огненным болидом мы приближались к земле. Снижение было больше похоже на свободное падение. Только когда скорость падения замедлилась и челнок перешел в плавный полет, я успокоился. Он вынырнул из облаков и пронесся над снежной равниной. Посадка происходила в автоматическом режиме.
– Вышка – Цифре, полет завершен, все системы в штатном режиме. Программа выполнена.
Слова Алены окончательно вернули меня к действительности. Кратковременное пребывание в космосе, корабль, звезды, все показалось незначительным, похожим на сон. На Земле все-таки лучше. К своему удивлению, я с трудом поднялся из кресла. Алена тут же усадила меня на место.
– Не торопись. Аппарат должен остыть, потом отработают техники. Как самочувствие?
– Бодрое, – соврал я.
Через полчаса я был в состоянии продолжать разговор. Тошнота и слабость отступали. Ждать завершения необходимых операций пришлось около двух часов. Этого хватило чтобы мы с Аленой поговорили о многом. Не успел появиться в убежище, как Водолей сообщил, что меня ожидают.
Виталий Семенович сидел за столом.
– Думал, что ты поменял решение, когда увидел твое имя в списке пассажиров, – начал он без предисловий.
– Нет, не поменял. Ознакомительный полет, и только.
– Хорошо. Следующий раз, предупреждай, если соберешься выкинуть что-нибудь подобное.
От дальнейшего разбора полетов он воздержался, мне и так было стыдно. Руководитель программы себе не принадлежит, об этом не стоило забывать. Не потому что между мной и остальными участниками теперь была пропасть или непроницаемая стена. А потому что мое отсутствие скажется на проекте и поставит его под угрозу. В истории после катастрофы такое уже было.
– Я искал тебя по другому поводу – продолжил командор после паузы. – Завтра мы убываем, сегодня вечером, если не возражаешь, устроим семейный ужин. Считай это официальным приглашением…. и неофициальным тоже. Не будет только Александра, он в карантине.
Не иначе, Лидия Михайловна или Алена постарались, я сомневался, что у командора со всеми заботами в связи с убытием нашлось бы на это время. Как я мог отказаться? Да и желания отказываться не было.
– Во сколько?
– Как только будете готовы, сразу подходите, в любое время. Михаил Дмитриевич и Лидия Михайловна уже ждут.
Заставлять себя ждать я не привык. Как только Алена собралась, мы отправились в жилой отсек научного блока. Ужин затянулся. Разговоры постоянно сводились к проекту и неизбежному расставанию. В мой адрес были обращены высказывания с надеждой, что у нас все получится. В том, что в колонии будет все благополучно, никто не сомневался. Я такого оптимизма не разделял. На мой взгляд, их ожидали опасности куда серьезнее, чем на Земле. У нас самое страшное было уже позади, на это хотелось надеяться. У них – все было еще впереди. Зная, на что способен Виталий Семенович, я не сомневался, что он сделает все возможное и даже больше, для того, чтобы планы стали реальностью. Даже не знаю, кто кроме него мог бы справиться с такой задачей. Профессор сожалел, что не может к ним присоединиться, но решения своего не изменил, как и я.