Я снимаю остатки уплотнения с панели, и панель ослабевает в отверстии. Я немного покачиваю его, прежде чем понять, что мне нужно повернуть его. Как только я поворачиваю его на 90 градусов, он отсоединяется, и я откладываю его в сторону. Я заглядываю в комнату внизу и вижу кучу белых кубиков с мягкими гранями. Думаю, в этом есть смысл. Упаковка вещей в мягкие контейнеры позволяет втиснуть в комнату больше вещей.
Как и было показано на схеме в диспетчерской, складское помещение имеет высоту около метра. И полностью заполнен этими мягкими контейнерами. Мне пришлось бы убрать кучу, чтобы попасть туда-если бы я хотел попасть туда. Думаю, в конце концов мне придется это сделать. Честно говоря, это выглядит немного клаустрофобно. Как пространство под домом.
Я хватаю ближайший пакет и вытаскиваю его через отверстие.
Пакет удерживается вместе ремнями на липучках. Я раздвигаю их, и контейнер разворачивается, как китайская коробка для еды на вынос. Внутри куча униформ.
Джекпот! Хотя на самом деле это не совпадение. Тот, кто упаковал это, вероятно, сделал это с тщательным планированием. И они знали, что экипажу понадобится униформа, как только они проснутся. Так что они в первой сумке. В пакете по меньшей мере дюжина униформ. Каждый из них в герметичных пластиковых пакетах. Я открываю одну наугад.
Откуда мне знать?.. Конечно, я знаю. Командир Яо. Он был нашим лидером. Теперь я вижу его лицо. Молодая и яркая, с глазами, полными решимости. Он понимал всю серьезность миссии и тяжесть, лежащую на его плечах. Он был готов к этой задаче. Он был суров, но рассудителен. И вы знали-вы просто знали, — что он в любую секунду отдаст свою жизнь за миссию или свою команду.
Я достаю другую форму. Гораздо меньше, чем у командира. Нашивка миссии такая же, но под ней российский флаг. А на правом плече-наклонный красный шеврон, окруженный кольцом. Это символ Роскосмоса — российского космического агентства. На нашивке с именем написано ИЛЮХИНА, еще одно имя с герба. Это была форма Илюхиной.
Олеся Илюхина. Она была веселой. Она могла бы заставить тебя смеяться до упаду в течение тридцати секунд после встречи с тобой. У нее просто была одна из тех заразительных и жизнерадостных личностей. Как ни серьезен был Яо, Илюхина держалась небрежно. Время от времени они спорили об этом, но даже Яо не мог устоять перед ее чарами. Я помню, как он наконец не выдержал и рассмеялся одной из ее шуток. Ты не можешь быть на сто процентов серьезным вечно.
Я встаю и смотрю на тела. Больше не суровый командир, больше не веселый друг. Просто две пустые оболочки, которые когда-то содержали души, но теперь едва выглядели человеческими. Они заслуживают большего. Они заслуживают погребения.
Я надел комбинезон. Покопавшись еще немного в кладовке, я нахожу обувь. На самом деле это не туфли. Только толстые носки на резиновой подошве-пинетки с некоторым сцеплением. Я думаю, это все, что нам нужно для миссии. Я тоже их надела.
Затем я приступаю к мрачной задаче-одевать моих ушедших товарищей. Комбинезоны даже отдаленно не выглядят подходящего размера на их худых, иссохших телах. Я даже надела пинетки. Почему нет? Это наша униформа. А путешественник заслуживает того, чтобы его похоронили в военной форме.
Начну с Илюхиной. Она почти ничего не весит. Я несу ее на плече, поднимаясь по лестнице в рубку управления. Оказавшись там, я поставил ее на пол и открыл шлюз. Скафандр внутри громоздкий и мешает. Я перемещаю его, кусок за куском, в рубку управления и кладу на кресло пилота. Потом я посадил Олесю в шлюз.
Управление воздушным шлюзом не требует объяснений. Давление воздуха внутри шлюза и даже наружная дверь контролируются панелью в диспетчерской. Там даже есть кнопка сброса. Я закрываю дверь и активирую процесс выброса.
Он начинается с жужжащего сигнала тревоги, мигающих огней внутри шлюза и словесного обратного отсчета. Внутри шлюза есть три разных мигающих выключателя прерывания. Любой, кто окажется там во время выброски за борт, может легко отменить ее.
Как только обратный отсчет закончится, шлюз разрежется до 10 процентов атмосферы (согласно показаниям). Затем он отпирает наружную дверь. Со свистом Олеся исчезла. И с постоянно ускоряющимся кораблем тело просто отпадает.
— Олеся Илюхина, говорю я. Я не помню ни ее религии, ни того, была ли она вообще. Я не знаю, что бы она хотела сказать. Но, по крайней мере, я запомню ее имя. — Я вверяю твое тело звездам. — Это кажется уместным. Может быть, банально, но это заставляет меня чувствовать себя лучше.
Затем я несу командира Яо к воздушному шлюзу. Я помещаю его внутрь, запечатываю его и таким же образом выбрасываю его останки.
— Яо Ли-Цзе, говорю я. Не знаю, как я запомнил его имя. Это просто пришло мне в голову в тот момент. — Я вверяю твое тело звездам.
Шлюз вращается, и я остаюсь один. Все это время я был один, но теперь я по-настоящему одинок. Единственный живой человек в радиусе нескольких световых лет, по крайней мере.
Что мне теперь делать?
— С возвращением, мистер Грейс! — сказала Тереза.
