Между больших пуховых подушек сидел Боня, мой фамильяр. Чёрный кот за последнее время очень растолстел и теперь напоминал небольшой пуфик или бочонок с ножками. Даже сейчас кот пытался помыть себе живот, вылизывая шерсть, но этот процесс оказался трудоёмким. Обхватив передними лапами живот, кот потянул его к себе, но в итоге весь жирок на брюхе собрался гармошкой, мешая вычистить шерсть в складках.
– Тебе следует обратиться за помощью к герцогу, – продолжал пыхтеть кот, тянусь языком к немытому участку шерсти, но всё безрезультатно. – Он может помочь и обезопасить.
– А тебе нужно сесть на диету, Бонифаций, – укоризненно бросила в его сторону, отчего чёрный кот обиженно нахмурился и, сдавшись, отпустил своё брюшко.
Жирок тут же заходил ходуном, слегка покачиваясь из стороны в сторону.
– Я не жирный, а пушистый, – фыркнул кот, сверкая алыми глазами. – Это во-первых! А во-вторых, не стоит менять тему разговора. Первый Всадник Апокалипсиса помешан на лидерстве. А ты мало того что ему отказываешь постоянно, так ещё и первое место в соревнованиях увела. Он это так просто не простит, хозяйка.
– Но в академии запрещены убийства без соблюдения правил, – напомнила фамильяру. – Только если он вызовет меня на дуэль… Да и то, на эту дуэль должна быть обоснованная причина. Иначе его высмеют, задев репутацию.
– Это верно, – согласился кот, виляя длинным чёрным хвостом из стороны в сторону. – Но ведь везде есть исключения, согласна? Вот, к примеру, он хоть и профессор, но знаешь, что сделал со своими студентами, чтобы те прошли первое испытание? – я отрицательно покачала головой. – Всё просто, заставил каждого из них принять яд. В итоге те демоны приказали долго жить, став живыми мертвецами. Зомби, если тебе будет так проще. И эти зомби, повинуясь приказам своего профессора, направились в зону лабиринта. Ведь то, что мертво, второй раз умереть не может.
– Что?! Откуда тебе это известно? – практически закричала я, на что кот облизнулся и, слегка прищурившись, произнёс:
– Птичка нашептала. Да уж… Ужин был весьма болтлив.
– Прекращай жрать всё подряд! И вообще, разве никто не заметил, как исчезла целая группа студентов?
– Отчего же? – фыркнул кот. – Они все здесь, в академии. И даже занятия посещать готовы. Просто теперь в основном молчат, не спят, не едят и гнильцой попахивают. А так во всём остальном – идеальные студенты.
– Безумие… – вздохнула я. – Уже сколько живу в этом мире, но никак не могу привыкнуть к подобному.
– Вот поэтому я и говорю: обратись за помощью к Данталиону, – настаивал фамильяр. – И да, ни в коем случае не ешь то, что подарит тебе всадник. Иначе это будет твоё последнее блюдо.
С этими словами чёрный кот спрыгнул с кровати, с кряхтением взобрался на подоконник, после чего выпрыгнул в приоткрытое окошко, напоминая скорее огромною круглую чёрную картошку, нежели изящную пантеру.
И в комнате я осталась одна.
***
У меня и так репутация была, мягко говоря, не очень. Всё же все видели то, как я расправилась с предыдущим преподавателем во время дуэли. Но то было одно. Все приняли тот факт, что я сильнее. И раз это также принял Данталион, во имя которого и велась борьба, то и обсуждать нечего.
Но сейчас всё было совершенно иначе.
Я стала врагом под номером один, ведь посмела пойти против правил. Да, они нигде не записаны. Да, никто никогда не говорил, что так поступать нельзя. Однако никто и не осмеливался поступить иначе. У каждого словно было внутреннее табу.
И именно я посмела его нарушить.
Причем, прошу заметить, безнаказанно.
А этого здесь не любят…
Благодаря тому, что учебный процесс на время приостановлен, занятий я не проводила. Однако изредка навещала учебный корпус, чтобы посетить библиотеку. Да, вероятность того, что мне помогут выученные заклинания, ничтожно мала, но это хотя бы что-то. Бездействие, на мой взгляд, намного хуже.
Однако из-за этого я успела заметить то, с какой лютой ненавистью и яростью смотрят на меня. Правда, при этом сохраняют дистанцию, не пересекая черту дозволенного.
Да, можно было махнуть на всё рукой и просто не обращать внимания. В принципе, именно это я и пыталась сделать, однако всё же не получалось. Интуиция подсказывала, что что-то не так.
Порой возникало устойчивое ощущение, словно за моей спиной стоит мрачный жнец с лицом белого черепа и чёрной косой в руках. Каждый раз, когда по спине пробегал холодок, я резко оборачивалась, но, разумеется, ничего не видела. И только тихий злобный смех эхом отражался в моём сознании.
Я словно сходила с ума.
– Тебя прокляли! – завопил Боня, когда я рассказала ему о причудах. – Говорил же! Говорил, что не нужно выходить из комнаты!
– А как я, по-твоему, еду добывать буду?
– А это что? – возмутился фамильяр, указав лапой на небольшую горку мёртвых крыс, спрятанных в углу комнаты. – Разве не еда?
– Фу… – только и могла произнести, не скрывая своего отвращения.
– Да что б ты понимала! – злился кот, недовольно скрестив лапы у себя на брюхе. – Никакой благодарности!..
– Боня, заканчивай с концертами, – устало вздохнула. – Лучше скажи, о каком проклятии речь?