– Привычка. Не боись, если наше спецсооружение рухнет, с меня не потребуют взысканий.
– Да? А ты пункты под звездочкой посмотри. – И, вручив ему бумагу, наконец-то оглянулась. Мы стояли в центре настоящей строительной площадки с материалами и техникой, вниз по расщелине располагались точно такие же три, где уже вовсю работали наши одногруппники. А так называемые бедствия в этот момент прохлаждались в тени дуба, явно играя в карты, с которыми голему не везло, вот он и векал время от времени, грозя соседям по «столу». Именно к ним наш мастер материй и попросту низкорослый пакостник засеменил чуть ли не вприпрыжку с криком: «Кишмиш, не свети мои карты!»
Теперь понятно, почему он их за мной не пустил – не хотел потерять ставки.
– Вляпались… – озвучил мои мысли земляник, он наконец-то прочитал все пункты под звездочками и осознал глупость своего поступка.
– По самые уши, – констатировала я, осматривая нашу группу. Из прошлой лиги остались только я, Клиф и Таггри, остальные трое: две девушки-древянистки и металлист, возле которого они крутились, охая и ахая. Дия и Ламина щупали высокий лоб блондина и прикладывали какие-то листья к его груди.
– А с ним что стряслось?
– Понимаешь, тут такое дело, – пространно начал наш титан, – за что этот металлист ни возьмется, ему все выходит боком. Хотел сваю вогнать, так под ним скала расступилась, чуть в пропасть не улетел. Потом он задумал заармировать мою кладку, так на него осколок скалы упал. Мы его подняли, предложили просто подавать материал. А он в процессе раза три о корни споткнулся и опять чуть за край не угодил. Как по мне, то ему тут делать нечего. Пусть вон с парнями посидит.
Клифорд, видимо, не в первый раз озвучил свою идею, потому что металлист грозно нахмурился и руки сложил на явно ноющей груди. Скривился от боли.
– Что будем делать? – спросила подошедшая к нам Таггри.
– Признаемся в своем бессилии, – пробасил Клиф, трагично постукивая свитком по широкой ладони. – Знать бы еще, где на отступные наскрести…
– А давайте повременим с признанием. Сдаться еще успеем, главное, понять, в чем заключается сложность возведения. Все-таки это сорок девятый проект, над которым местные власти открыто иронизируют… Тут что-то не так, и разгадка на поверхности.
И, подумав немного, я позвала блондина к нам. Все-таки лучший студиоз военной академии должен был понять природу своего невезения.
Антуа встал, тряхнул волосами, расправил плечи и направился в нашу сторону. На первом шаге споткнулся о корни, на втором поскользнулся в луже, на третьем чуть не угодил в пропасть.
– Клиф!
Мой вскрик землянику был не нужен, он успел маг-потоками поймать студиоза и вернуть его на поверхность:
– Да что тут, к черту, происходит? Его все время что-то пытается убить!
– Мы на капище… – вымолвила бледная водница и указала на противоположную сторону обрыва. – Я только что видела там духов воздуха, земли, древа и воды…
– Глупости, – фыркнул блондин, отстранил от себя сердобольных Дию и Ламину и заявил со всей возможной важностью: – Рядом с храмом строительство моста не разрешили бы. Они же не сумасшедшие, должны понимать, что силы духов будут рушить все возводимые сооружения.
Древянистки слаженно кивнули словам кумира и так же слаженно принялись отряхивать его от грязи.
– Согласен, – нахмурился отпрыск Дит Мато, – здесь не может быть строений сакрального характера. До образования пропасти равнина была пуста. – Он вновь развернул свиток и уверенно произнес: – И в условиях о капище также нет ни строчки.
– Я их видела, – вспыхнула водница, и кончики ее ушек покраснели, – к тому же это прекрасно объясняет неуклюжесть Антуа!
– Ну…
Одногруппники замолчали, один лишь металлист, потирая грудную глетку, заявил, будто бы это я спустила на него голема и взбрыка. Даже взглядом его не удостоила и вслух задалась вопросом:
– А что, если капище было под землей и разрушилось из-за трещины?
– Если храм принадлежал гномам, то вполне, – хмыкнул наш староста. Подумал о своем и, нахмурившись, покосился в сторону раскидистого дуба, туда, где отчаянно рубился в карты профессор Митарг. – Но в этом случае я не понимаю смысла нашей опытной работы. Получается, что ФигСтих нас подставил с заданием… И с деньгами… И все это с уверенностью, что подстава ему с рук сойдет.
– Не исключено, – согласилась я. – Во-первых, это уже сорок девятая попытка строительства, во-вторых, он – гном, в-третьих, он тот самый гном, которому пойдут отступные. – И, указав на свиток, пояснила для несведущих: – Второй пункт под звездочкой, тысяча золотом мастеру материй, как проверяющему лицу.
Парни вновь взялись за документ, а девушки подошли ко мне.
– Но почему подвоха ранее не заметил никто? – спросила Таггри.
– Потому что в королевстве металлисток две, и обе в королевской семье, – ответили ей древянистки. И наша строительная площадка погрузилась в тяжелое, даже могильное молчание.
– Н-да, хорошие отступные вы заплатите ФигСтиху, – съехидничал Антуа, и обычно крайне уравновешенный Дит Мато неожиданно вспомнил матросскую брань.
– Да я его…
