«У нас, всё же, более благородная миссия. Вспомните походы против Фив. Первый поход основывался на амбициях царей и потерпел поражение. Второй же был местью за павших в бою отцов и завершился успешно».
«Нет, так не пойдёт, — замотал головой Карло. — Знаете, я предлагаю следующее: мы со Стефано будем приходить в Капеллу раньше всех и просто следить за действиями этой шайки разбойников. Если заметим хоть что-то подозрительное, сразу же тащим подозреваемого к кардиналу и требуем от первого разъяснений».
Молодец, Карло, тебе бы в полиции работать, подумал я, в очередной раз восхитившись потрясающим хладнокровием и железной логикой певца-механика.
«Единственная просьба. Комара не трогайте», — осторожно сказал я, не став говорить, что тем самым вы обратите на него повышенное внимание, в связи с чем его могут заподозрить в обмане и вывести на чистую воду, проведя тотальную проверку всех хористов-«виртуозов», а этого нельзя допустить, ведь в этом случае Доменика потеряет не только работу, но и репутацию.
«Почему?» — написал Стефано.
«Он из театра. А с театральными деятелями лучше не связываться — неприятностей не оберёшься».
«Ясно всё, не будем трогать. Однако, уже светает».
«Мне пора, ребята. Помните, что я сказал, и берегите Доменико пуще глаз своих».
Карло в это время уже сжигал нашу секретную переписку в пламени свечи. Покинув сарай и отойдя на несколько шагов, я всё же услышал, как Карло обратился к Стефано:
— Ты оказался прав. Их чувства взаимны.
По дороге я размышлял на разные темы, начиная услышанным в Капелле и заканчивая извечным вопросом «что делать?». Что ж, до полумифического ватиканского сервака я не добрался. Может, его и нет вовсе, и мы попали в прошлое по каким-то другим причинам. Но в одном можно было не сомневаться: маэстро Прести был замешан в этой авантюре. Жаль, что он так скоропостижно скончался, ведь я так надеялся познакомиться с почти что первым кибернетиком эпохи.
Итак, никаких вариантов вернуться назад я не находил. Прести нет, лаборатория ликвидирована, сервер недоступен. Неужели не осталось ничего и никого, имеющего отношение к тому роковому эксперименту? В голове крутилась какая-то мысль, и я всеми силами пытался за неё уцепиться.
В мыслях всплыл почему-то Каффарелли. Я вспомнил тот разговор с восходящей звездой в моей комнате, когда он рассказывал об учёбе в Неаполе.
…А сопранист Марио Дури из нашего корпуса любил заниматься алхимией в кабинете у одного маэстро, которого все боялись и считали колдуном…
Марио Дури?! Точно, как я мог забыть! Вдруг он как раз и был ассистентом великого маэстро Прести? Но если так, то, возможно, есть кто-то, кто его знает и, возможно, поможет с ним связаться? Ведь, насколько я понял из дальнейшего текста письма, которое Доменика получила вчера вечером, то посадили только Прести. Ни о каком ученике речи не было. Возможно, Марио удалось скрыться. Как бы то ни было, мне обязательно нужно было съездить в Неаполь, чтобы предпринять попытку найти хоть какую-то необходимую нам информацию.
К утру я приковылял в дом Кассини. Чтобы не испугать своим диким видом донну Катарину и Эдуардо, с которого было уже достаточно зрелищ, я решил незаметно проскользнуть через чёрный ход.
Как я понял, Доменика уже спала, поэтому я не стал тревожить её своим внезапным открытием. Да уж, повезло несказанно: обнаружил «троян» в Капелле. Я чувствовал себя антивирусной программой, наподобие «Доктора Веба». Правда, устранением вируса буду заниматься не я, поскольку у меня нет доступа к «заражённой машине», а «программы с более совершенной логикой», то есть близнецы Альджебри.
Не успел я и переступить порог дома, как увидел прямо по курсу донну Катарину в ночном чепце и халате. Донна казалась недовольной, как всегда.
— Итак, синьор Фосфоринелли. Где вы изволили быть в столь позднее время? Да ещё и в таком виде.
— Карло и Стефано пригласили меня на математическую конференцию, посвящённую уравнению колебания струны, — на ходу соврал я.
— Посреди ночи?
— Да, ведь достопочтенные синьоры слишком заняты в дневное время. Ночь — помощник для учёных.
— И для проходимцев. Ну-ка дыхните, — с подозрением попросила меня синьора.
Я выполнил её просьбу.
— Странно, даже нет запаха спирта, — с усмешкой заявила донна Катарина.
— Математика не пахнет спиртом, с вашего позволения, — жёстко ответил я.
— Что ж, отлично. Раз вы в здравом уме и трезвой памяти, то у меня будет для вас поручение. Вы должны будете съездить в Неаполь и передать моей тёте Бьянке вот это абрикосовое варенье, — синьора вручила мне банку с вареньем. — Бедняжка заболела и нуждается в подкреплении сил. Вот её адрес, — вручив мне бумагу с адресом, донна Катарина отправилась в спальню. — Отправляйтесь немедленно, я не хочу, чтобы тётя чувствовала себя плохо благодаря вам.
— Буду рад исполнить вашу просьбу, синьора, — как можно более учтиво ответил я. — Только вынужден признать, что я совершенно не представляю, как добраться до Неаполя.
— Это уже не мои проблемы, Алессандро. Моё дело дать вам поручение, а каким образом вы будете его исполнять — меня не касается.
