– Что? – крикнул Шанди.
– Как что? Ты разве не знаешь, на что способен этот пёс? Ему не составит большого труда прийти домой к любому из нас и выпытывать у наших родителей где мы? – закричал и я.
– И что же нам теперь делать? – спросил тем же дрожащим голосом Лукаш.
– Да хер его знает… но бежать точно нельзя. Сами натворили, самим и отвечать, – звучало вполне геройски, но никакого героизма при этом я не испытывал. Все волосы на теле стояли дыбом и внутренности сотрясало. Начиналось лёгкое головокружение.
– Как отвечать? Извините, мы нечаянно, вот ваши деньги? – очухался Луиш, – это тоже не выход. Да и как ты себе это представляешь?
– Деньги! Точно!
– Что деньги? – вцепился мне в руку Алешандру.
Я не обратил на это никакого внимания: – Гарсия, ты принес эту дурную весть?
– Да, – ответил перепуганный мальчишка и уставился на меня.
– А как ты об этом узнал? – все внимательно слушали, застыв как статуи, совершенно не понимая, к чему я клоню, но никто не перебивал за отсутствием других идей.
– Лютый сам пришёл к нам в школу и спросил про Лукаша у моего друга.
– Так, давай бегом в школу. Разыщи Лютого. И скажи ему вот как, запоминай: Лукаш с друзьями раскаиваются и готовы принести вам извинения, и кое-что ещё, если вы гарантируете им безопасность. Они будут ждать вас вечером перед закатом в лесной хижине.
– А если он уже ушёл? – пропищал Гарсия.
– Тогда порыскай по соседним улицам. На крайний случай жди его у дома Франсишку Тадеуша, но найди и передай ему всё слово в слово. Тебе нечего бояться, но близко к нему всё же не подходи.
– Подожди, – вмешался Лукаш, – что ты задумал?
– Я сейчас всё подробно расскажу, нам тоже нужно идти. Гарсия, давай бегом.
Собственно, план состоял в следующем. Дать понять Лютому, что мы готовы отдать ему деньги и заманить тем самым его в хижину. Если он поверит, а вероятность этого высока, то за деньгами он обязательно придёт один, чтобы заполучить всё себе. Вот тут мы его поставим под пушку и пригрозим расправой, если он не отступится. Это должно было сработать, поскольку численное преимущество на нашей стороне, а жить и ему хочется.
Дожидаться вечера мы не стали и сразу направились окольными путями в лесную хижину, по дороге захватив мой пистолет. Поначалу все как-то мялись от сомнения в успешности задумки, но никто открыто не возражал, поскольку никаких других спасительных идей не обнаруживалось. Однако, по мере приближения к хижине, с коей у всех нас были связаны многие приятные воспоминания, настроение стало улучшаться и все сомнения сами собой улетучиваться. Хижина эта была, что ни на есть любовным пристанищем. Когда-то её построил один рыбак, которого до коликов в животе достала скандальная и вечно чем-то недовольная супруга. Он переселился туда, как бы съехав от её скандалов, но не от неё, как от супруги. Прошло пару дней и первый же навестивший его товарищ застал там женщину вместо него. Та объяснила, что хозяин уехал в соседний город за продуктами, а сама она ему любовница, также убежавшая от своих назойливых проблем. Через какое-то время, вволю насладившись лесной жизнью они куда-то уехали навсегда. Но хижина не осталась в запустении. Теперь другой рыбак стал встречаться здесь со своей любовницей, затем третий и так далее. Очередные романтики поддерживали её состояния небольшими ремонтами. Со временем произошло омоложение постояльцев и молоденькие парочки совсем выселили мужиков. Естественно, ныряли туда и мы. Это было любовным гнёздышком нашего городка.
– Так есть хочется… я ведь сегодня даже не позавтракал, – заголосил Алешандру, – может быть, манго поищем?
– Да поздно уже. С минуты на минуту Лютый появится, – отозвался Лукаш.
– А что если он не придёт?
– Не знаю… вон у Слава спроси, – оба уставились на меня.
– Придёт, – резко сказал я, – он жадный и на данный момент нас не боится. По любому придёт.
Мы сидели на полу в хижине. Луиш торчал на чердаке, оглядывая всё вокруг. Был нашим дозорным. По четырём углам стояли приготовленные нами дубинки, это на случай вынужденного присмирения, если он взбрыкнёт. Стрелять ведь мы не собирались. Напугать только.
– Пля, их двое, – крикнул с чердака Луиш.
– Твою мать, – почти разом отреагировали мы. Это могло напрочь разрушить наш план.
– Что делать будем? – продолжал суету Луиш, – может все на чердаке спрячемся?
– Не. Не выход. Если заметят мы окажемся совсем в хреновой позиции, – заявил Лукаш.
– Всё верно, – поддержал я, – расстанавливаемся, как задумали. Дальше по обстоятельствам.
Мы подскочили и разбежались по углам, каждый к своей дубинке. Мы прикрывали их собой и должны были в нужный момент неожиданно вытащить и, если понадобится, пустить в ход. В общем, мы хотели обступить его со всех сторон и напугать доусрачки. Для верности у меня был наготове взведённый пистолет.
