Беспокоило меня совсем другое. Я никак не мог поверить везучему сиянию судьбы, которое озарило меня в кульминации произошедшей катастрофы личного масштаба. До последнего я не верил, что дона Франсишку закроют, пока его не переправили в Сан-Луис, спустя две недели расследования. Сомневался я и на счёт Жерарду. И вот тут мои сомнения отчасти оправдались. Генеральный прокурор штата, дон Режиналду не нашёл ничего документально компрометирующего на главу департамента нашей полиции и не смог ни закрыть, ни уволить его. Тот всё делал чисто. Но и дон Режиналду не дурак и отчетливо понимает, как делаются дела в Бразилии, так что, если офицер не воюет с мэром – значит они заодно и другого не дано. Он, как генеральный прокурор штата сам был винтиком этой системы. Потому, он на всякий случай не восстановил на прежнюю должность Жерарду, выразив ноту недоверия (мол при тебе такое творилось), а оставил пока на этом посту одного честнейшего человека, возглавляющего проверку. То был сеньор Кастилио, порядочность которого выходила за все рамки латиноамериканской жизни. Он преданно служил идее счастливого государства и за предложение ему взятки готов был даже расстрелять, была б его воля. Такие люди просто необходимы для подобных проверок. Только вот жаль, больших постов ему никогда не занимать. Попросту не допустят. А ежели попадёт каким-то чудным образом, то его просто убьют за несговорчивость. Что же касается Жерарду, то его оставили в отделе, но лишь на правах мелкой ищейки. В большинстве ситуаций с понижением люди предпочитают увольняться. Но этот… Видимо не видел себя в других сферах жизни и покорнейше принял предлагаемое. Даже с присущим добропорядочному полицейскому рвением взялся за дело, которое не кстати для меня отыскалось. Какая-то влюблённая парочка попёрлась в хижину в поисках плотских утех и наткнулась там на пепелище. А в этом пепелище уже Жерарду с криминалистом наткнулся на два двух товарищей при стволах (вернее на то, что от них осталось). Их быстренько транспортировали в Сан-Луис для медэкспертизы и сейчас ожидались результаты. Больше всего они беспокоили меня. Именно поэтому я с подозрительной периодичностью переводил разговор на Жерарду. Вполне возможно он знал от Тадеуша, а тот в свою очередь от Лютого, что товар тягали мы. Когда же экспертиза покажет, а она несомненно покажет, что мужики были застрелены и обнаружит их личности, у Жерарду не останется сомнений в том, кто это сделал. Причем трое из 4-х куда-то смылись. Эта перспектива вызывала во мне очковый трепет.
– О чем ты задумался, Слав? – одернула меня Габриэлла.
– Да так… заговорили о Жерарду и я вспомнил о тех бедолагах, которые сгорели в хижине. Ты, кстати не знаешь, их установили? – я насторожился.
– Это были двое мужчин, но кто, выяснить увы не удалось, – Элла сочувственно опустила взгляд.
– Мне только непонятно, что они там делали и как так получилось, что хижина загорелась? – продолжал допытывать я.
– В следственном заключении указано, как несчастный случай… полагают, что разбилась зажженная керосиновая лампа… но тогда странно, почему они не выбежали?
– Может, были пьяны? В любом случае, можно хотя бы вздохнуть с облегчением, что они не из нашего городка. И давай больше не будем о грустном, – потому что из меня будто ёршик вынули!
Про себя я расчувствовался благодарственной молитвой к силам, которые отводили от меня худое.
А в этот вечер, обещающий быть дивным, сеньор Кастилио вёл серьёзную беседу со своим помощником в бывшем кабинете Жерарду:
– Взгляни-ка, мой друг, на эту сумму, – Кастилио подвинул помощнику папку с подсчётом грешков Тадеуша.
– Ух ты…! – присвистнул тот.
– Завтра же будем накладывать арест на всё имущество. Счета его уже заморожены, теперь и вовсе изымем, – Кастилио довольно почесал аккуратно стриженые усы.
– А что будет с его женой? – вдруг с чувством спросил помощник.
– Да ничего. Привлечь к делу мы её не можем, – немного сожалея произнес офицер, – а жаль. Я больше чем уверен, что она ему помогала в каких-нибудь тёмных делишках. Пусть убирается на все четыре стороны.
Помощник несколько отстранился от Кастилио и еле слышно произнёс:
– Хоть бы на её имя была зарегистрирована какая-нибудь недвижимость…
– Что? Ты о ней переживаешь? Вот это сюрприз. Мой мягкосердечный друг, она купалась в незаконно допытой роскоши всё время, пока её муж казнокрад недоплачивал работающим на него и уходил от уплаты налогов. И я очень сомневаюсь, что она ничего об этом не ведала и вообще честная госпожа, – офицер наоборот подался всем телом к помощнику, пытаясь уличительными доводами разбудить в нём мышление справедливости.
Молодой человек сделал согласительный вид, но ничего более не добавил.
На следующее утро.
– Убирайтесь ко всем чертям, – кричала яростно донна Аурелия, – не трогайте здесь ничего. Пошли прочь! – она пыталась даже физически отогнать сотрудников полиции, проводивших опись имущества в их доме.
