– Слышали, парни? Отходим! – зычным голосом скомандовал матёрый солдат в красном плаще, шаря рукой в опустевшем колчане, – Отступаем к башне!
Непрерывно отстреливаясь, остатки отряда сотиора Исейдара отошли от укрепления и побежали следом за Чёрным древом. Потухшие свечи перебрались через покинутое бойцами ордена укрепление и бросились на зачистку Осколков. По пути к полуразрушенной башне одного из Красных плащей сразила вражеская стрела, выпущенная в спину. «Быстрее!», – рявкнул матёрый солдат на отстающих соратников и едва не столкнулся с Игером, который задержался над телом убитого наёмника с тесаком, чтобы подобрать оружие.
У входа в башню в компании четверых Красных плащей, прибывших с правого фланга, и девяти местных мужчин над трупами троих наёмников стоял Урхмер, вооружённый охотничьим луком. Заслон искренне улыбнулся Чёрному древу, прибывшему в сопровождении уцелевших бойцов. Почти одновременно с Игером к полуразрушенной башне подоспел гират ордена Красных плащей с шестью выжившими солдатами. Из левого плеча Эланруса Печального торчало обломанное древко стрелы, а из пореза на лбу по лицу стекали струи тёмной крови.
– Неплохо мы потрепали вонючих головорезов! – хищно оскалился матёрый воин, возглавивший отряд Исейдара после гибели сотиора, – И ещё многих наёмников положим. Верно, гират?
– Верно, друг, – скривившись от боли, произнёс верховный командующий и горько усмехнулся, – я сомневаюсь, что мы доживём до рассвета, но перед смертью, обещаю вам, Красные плащи вдоволь искупаются в крови Потухших свечей!
Солдаты издали боевой клич, подняв над головами заряженные самострелы. К полуразрушенной башне нерешительно подступали тени. Свет затухающих костров выхватывал из темноты очертания наёмников. Чёрное древо увидел прокравшийся между хижинами силуэт, который неожиданно ринулся бежать в сторону башни. Матёрый солдат харкнул через плечо и вскинул арбалет, однако Игер не позволил бойцу выстрелить, заметив за очертаниями коренастого мужчины долговязую фигуру подростка. Племянник Тонруса и Якемрус Недобитый изо всей мочи мчались к полуразрушенному укрытию. Несколько Потухших свечей погнались следом за оруженосцем и стариком, но выпущенный Красными плащами пучок коротких стрел разом сразил половину наёмников, вынудив оставшихся головорезов броситься врассыпную. Под прикрытием соратников мальчишка и старый солдат добрались до полуразрушенной башни.
– Заплутали немножко, – пошутил Якемрус Недобитый, рукавом стерев с лица капли крови и пот.
– Укроемся в башне! Быстро! – твёрдым голосом скомандовал гират Эланрус Печальный, когда со стороны булыжного тракта донеслись звуки сражения, приглушённые рёвом толпы и предсмертными криками, словно, помимо остатков Красных плащей, у Потухших свечей неожиданно появился новый противник.
– Что происходит? – удивился матёрый боец и натянул тетиву арбалета, – Вы слышите, парни?
Перегруппировавшись и по кругу оцепив башню, наёмники из Обречённых земель бросились в атаку. Разрезая темноту, засвистели слепые стрелы, устремлённые в тела Красных плащей. «В башню! Быстро!», – воскликнул гират Эланрус, отворив толстую дверь. Сотиор Кьяндар и разведчик Велгер, засевшие на вершине полуразрушенного сооружения, выстрелами из луков сразили первых наёмников, добежавших до башни. Под прикрытием соратников Красные плащи протиснулись внутрь укрытия, однако стрелы неприятелей успели забрать жизни у одного солдата ордена и двух мужчин из Осколков. Когда Чёрное древо следом за Урхмером Заслоном, племянником Тонруса и Якемрусом Недобитым проскользнул в башню, раздался громкий хлопок, после которого храбрый боец по имени Велгер со сквозной раной в груди сорвался с вершины каменного сооружения и с огромной высоты упал у ног гирата Эланруса, задев головой край ступени таким образом, что на шлеме осталась глубокая вмятина. Игер обернулся на омерзительный хруст и увидел залитое тёмной кровь лицо убитого неведомым оружием разведчика с рассечённым лбом, свёрнутой набок нижней челюстью, сломанными скулами и наполненным осколками зубов ртом. Впустив последнего солдата, верховный командующий запрыгнул внутрь и захлопнул скрипучую дверь, в которую со звонкий чавканьем впилось сразу три вражеских стрелы.
Гират Эланрус задвинул тяжёлый железный засов, а Красные плащи и Урхмер Заслон забаррикадировали вход в башню ветхим столом, покосившейся тумбочкой и прочим хламом. Деревянная дверь загрохотала под ударами Потухших свечей. Снаружи толпа наёмников заревела гораздо громче, когда неожиданно вспыхнувшая за стенами Осколков битва перенеслась во внутренний двор крепости. Чёрное древо взглянул наружу через узкую щель, но увидел только мечущиеся между хижинами и развалинами силуэты.
– Кьяндар! – крикнул гират Эланрус Печальный, задрав голову кверху, – Что происходит?
– Сражение! – сотиор разведчиков ордена, расположившийся на вершине башни, немного приподнялся, опираясь на подгнившую деревянную балку, и окинул Осколки взглядом, – Целое войско окружило крепость и напало на Потухших свечей!
