– Тринадцать дней, – с горечью прошелестел сухими губами Игер, с ужасом обратив внимание, как сильно раздулось левое колено старика, лицо которого сильнее бледнело при каждом шаге, – целых тринадцать дней ты мучился, но продолжал идти за мной.
Немного помявшись, Зиндар Зоркий глаз стыдливо опустил голову, но Чёрное древо видел, как от злости и беспомощности у старика дёргается край губы. Сзади шумно выдохнул рогорез. Животное резко запрокинуло массивную голову, так сильно дёрнув поводья, что Зиндар, потерявший равновесие, едва не наткнулся на острые рога. Игер под локоть поддержал старика и громко скомандовал:
– Готовьтесь к ночлегу! Продолжим путь завтра!
Старый охотник благодарно взглянул на Игера глазами, полными боли. Отряд свернул с булыжного тракта на юг. Неподалёку от дороги Игер приметил неглубокую низменность, укрываемую с трёх сторон невысокими холмами, где вскоре вокруг маленькой повозки отряд разбил лагерь.
Устало вздохнув, Зоркий глаз опустился на землю рядом с повозкой, прижавшись спиной к деревянному колесу, и вытянул ноги. Старик прикрыл морщинистыми ладонями левое колено, запрокинул голову к посеревшему небу, прикрыл глаза. По его побледневшему лицу пробежалось несколько теней. Вооружившись охотничьими луками, близнецы и трое мужчин направились в глухолесье за хворостом. Задумчивый взгляд Чёрного древа проводил Яросгера и Мстидара вплоть до каменной дороги, пока компания не скрылась в чаще.
– Как думаешь, Игер, мы действительно сможем их защитить? – тихо спросил незаметно подкравшийся Кодорк. Он спрятал за спину заряженный арбалет и провёл пятернёй по тёмным волосам, что почти касались широких плеч. Его суровое лицо заросло так, что Ледяные перста выглядел намного старше Чёрного древа.
Игер промолчал. Мимо пробежал худощавый подросток с огромным мешком на спине. Тонкие жилистые руки тряслись от тяжести ноши. Зелёные обеспокоенные глаза Ликдара постоянно натыкались на сидевшего у повозки деда. «Отдохни», – Чёрное древо хлопнул Кодорка по спине и, резко повернувшись, направился на юг. Ледяные перста сверлил спину товарища задумчивым взглядом, пока Игер Чёрное древо не взошёл на вершину низкого холма и не скрылся из виду.
Он шагал по равнине, покрытой щетиной жёлто-зелёных трав до тех пор, пока голоса и звуки, доносимые из лагеря ветром, не утонули в полной тишине. Только сухая земля шуршала под сбитыми сапогами, хрустели прошлогодние травы. Местами приходилось идти по колено в плотных колючих зарослях. Отдельные травинки кололи кончики пальцев. Затем он шагал до тех пор, пока не увидел крохотную чёрную точку посреди жёлто-зелёного моря, что постепенно приобрела очертания плоского камня.
Чёрное древо подошёл к валуну и с трепетом опустил ладонь на шероховатую поверхность. От камня исходило тепло. Игер устало вздохнул и присел на плоский валун, устремив лицо на юго-запад, где светилось красно-розовое небо. Полукругом огибая горизонт, яркое пламя заката медленно таяло, по краям растворяясь во тьме. Он втянул носом тёплый весенний воздух, пропитанный ароматом молодой травы вперемешку с призрачным запахом дыма, и время из резвой выпущенной сатанитовым луком стрелы превратилось в спокойную реку, которая по скорости течения походила на Горегонку с её мутными водами.
Игер долго и пристально смотрел на пылающий на юго-западе закат. Тусклый оранжевый свет падал на отречённое лицо, в уставших глазах мерцали искры, беззвучно шелестели пересохшие губы. Слабый ветер трепал длинные пыльные волосы Чёрного древа, вокруг которого сгущалась тьма. Незаметно трава приобрела тёмно-зелёные и бурые оттенки и превратилась в множество россыпей острых зубов, выступающих из голодной земли.
– Что там? За горизонтом? – сорвалось с губ Чёрного древа. Игер небрежно поглаживал остывший камень, чувствуя, как грубая мозолистая ладонь цепляется за шероховатую поверхность.
– За горизонтом с запада на восток простирается степь, которую с юга сдерживает длинная горная цепь, – раздался позади скрипучий старческий голос, – а дальше находятся Обречённые земли.
– Обречённые? – Игер оглянулся на Зиндара. Опираясь на посох и кряхтя на каждом шаге, Зоркий глаз медленно приблизился к Чёрному древу.
– Обречённые, – выдохнул старик и кашлянул в кулак, – ужасный край, в котором обитают ужасные создания: племена каннибалов, одичавшие народы, колдуны и наёмные отряды. Чудовища и люди…
– Не сильно отличаются, – отрезал Игер, поскрежетав ногтями по холодному камню. Зоркий глаз едва заметно кивнул, заметив, как сверкнула на щеке Чёрного древа одинокая слеза.
– Зачем ты ушёл так далеко от лагеря? – спокойным голосом спросил Зиндар, но Игер только пожал плечами и вздохнул, – ты устал, желаешь одиночества, и я понимаю тебя.
– Я многого боюсь, – прошептал Чёрное древо, слегка коснувшись кончиками пальцев рукояти родового кинжала, который старейшина Иварт подарил своему внуку незадолго до собственной смерти.
