Игер наломал тонких веток и подбросил их в потухший костёр, а Мстидар, набрав полные лёгкие воздуха, подул на серые угли. Оранжевое пламя скромно вспыхнуло и мгновенно потухло. Глухонемой дунул снова, и среди спрятанных в пепле углей мелькнул огонёк, который зацепился за сухую ветку и пополз вверх, охватывая тонкие веточки, пока не превратился в крупного красно-оранжевого зверька. Прожорливое создание стреляло в вверх десятками горячих язычков, требуя добавки, и Мстидар положил сверху несколько веток потолще, отчего пламенный зверёк ненадолго скрылся из виду посреди хлынувшей струи серого дыма. Прислушиваясь к убаюкивающей мелодии потрескивающего костра, Чёрное древо прилёг на землю и, прикрыв глаза, за долю мгновения провалился в глубокое забвение.
Зиндар Зоркий глаз растормошил Игера за час рассвета. «В чём дело?», – промычал Чёрное древо, потирая слипшиеся глаза. Приложив палец к губам, старый охотник шикнул и жестом приказал следовать за ним. Они вышли за пределы лагеря, где на принесённом из глухолесья Ирсуак коротком бревне сидел, посвистывая, Ледяные перста.
– Это самое меньшее, чем я могу отблагодарить вас, – севшим голосом произнёс Зиндар, когда Чёрное древо спросонья сумел рассмотреть Кодорка, который вертел в руках большие ножницы, у его ног стояла миска с чистой водой.
– Присаживайся, Игер, – Ледяные перста уступил другу место. С лица молодого человека исчезла чёрная небрежная борода, остались только аккуратно подстриженные усы. Зоркий глаз мастерски остриг Кодорку отросшие волосы так, что отныне густые пряди не падали на тёмно-синие глаза и не скрывали коричневое родимое пятно над правой бровью.
– Присаживайся, – Зоркий глаз подтолкнул Чёрное древо к трухлявому чурбану. Растерянный Игер поймал взглядом довольную ухмылку товарища и последовал просьбе Зиндара.
Несколько минут Чёрное древо наблюдал, как пряди его волос, кружась, падали на землю. Зоркий глаз долго корпел над причёской Игера. Старые ржавые ножницы с жалобным скрипом неустанно кусали хрустящие от пота и местами испачканные в крови локоны. Когда Зоркий глаз закончил, Кодорк цокнул языком и улыбнулся.
– Ещё не всё, Игер, – укоротив ножницами отросшую бороду, Зиндар намазал лицо Чёрного древа странным пенистым бальзамом, резко пахнущим травами, и поднял с земли миску с чистой водой. В руке старого охотника блеснуло тонкое короткое лезвие, торчащее из деревянной ручки, – только не дёргайтесь, молодой человек.
Игер вздрогнул, когда холодное лезвие бритвы коснулось шеи. Кодорк ухмыльнулся и погладил чисто выбритый подбородок, а Зиндар, прищурив слезящиеся глаза, продолжил кропотливую работу, и через несколько напряжённых минут всё было кончено.
– Теперь я узнаю того парня, вместе с которым бежал из Приюта морозов, – рассмеялся Ледяные перста, хлопнув себя по бокам.
– Благодарю тебя, Зоркий глаз, – смыв с лица остатки пены, Чёрное древо погладил себя по гладким щекам и провёл пятернёй по коротко подстриженным волосам.
– Не стоит хвалить меня, молодые люди, – выплеснув воду, Зиндар положил в миску баночку с бальзамом, ножницы и бритву, – только с вашей помощью я могу рассчитывать на достойное будущее для Ликдара подальше от Ирсуак.
– Город Сердце ждёт нас, – Ледяные перста махнул рукой на восток, куда, напоминая собой огромного серого червя, уползала каменная дорога.
– Если город Сердце нас ждёт, то следует прийти к нему в достойном обличии, – слабо улыбнулся Игер, – неси подарки Весны, Кодорк.
Господин Гнотмер и госпожа Элердис позаботились о путниках, наградив двумя огромными походными мешками. Ледяные перста и Чёрное древо терпеливо ждали подходящего момента, чтобы сбросить с себя унесённые из Приюта морозов обноски и облачиться в подаренные правителями Семи топоров одежды.
Чёрное древо надел новые штаны из кожи сташкурого быка и запрыгнул в крепкие высокие сапоги, идеально подходящего размера, затем он с блаженством натянул на голое тело серую рубаху из грубой ткани, а поверх нацепил кожаный пояс, на котором уже болтались ножны с родовым кинжалом. Зоркий глаз протянул Игеру бело-коричневую меховую безрукавку, по краям расшитую красными и золотым нитями, мягкий тёплый воротник которого обвил шею Чёрного древа, словно ласковый пушистый зверёк. Ледяные перста удовлетворённо цокнул языком, примерив меховую шапку. Рядом с ним на траве лежало два аккуратно сложенных лёгких плаща из тонкой ткани тёмно-зелёного цвета с застёжками в виде двух скрещенных топоров. Элердис Крепкий корень наградила Кодорка и Игера одинаковыми подарками, но помимо одежды в походных мешках обнаружился недельный запас провизии, который небольшой отряд израсходовал в самом начале пути, а также два коротких топорика, доставшиеся мужчинам, отвечающим за заготовку дров, и две пары кожаных перчаток. Облачившись в подаренные одежды, молодые люди, скорчив серьёзные гримасы, переглянулись между собой, но не сумели сдержать довольные улыбки, отчего засмеялись во весь голос и привлекли внимание всего лагеря.
