– Что будем делать? – тихо спросил Кодорк. Ледяные перста скорчил решительную гримасу, но тёмно-синие глаза выдавали разочарование и тревогу.
– Отправимся на разведку, – не сводя восхищённого взгляда от разномастных архаичных строений города Сердце, Чёрное древо обратился к Зоркому глазу, – Зиндар, разбейте неподалёку лагерь, но держитесь от беженцев на расстоянии.
– Хорошо, – старый охотник погладил серую бороду, – будь осторожен, Игер.
– Кодорк, Мстидар и Яросгер пойдут со мной, так что мне ничего не грозит, – мягко улыбнулся старику Игер и махнул близнецам рукой.
Чем ближе компания подбиралась к лагерю беженцев, тем громаднее и чудовищнее казался город. По каменной дороге путники спустились с высокого холма, и сразу сморщили лица от нахлынувшего зловония. В воздухе висела кислая, удушливая, острая вонь испражнений и гнили. Чёрное древо учуял хорошо знакомый по Сатанитовому гроту мерзкий запах разлагающихся тел. Ледяные перста поперхнулся и закашлялся. На его глазах выступили слёзы.
– Я не ожидал подобных ароматов, – отшутился Кодорк, прикрывая нос воротником меховой безрукавки.
– Всё обстоит намного хуже, чем я предполагал, – подавляя рвотные позывы, произнёс Игер, когда компания наткнулась на огромную ямы, наполовину заполненную полуразложившимися телами. Разбухшие трупы с позеленевшей кожей гнили под Солнцем. Неисчислимое множество тонких и толстых червей ползало по мертвецам, а в распахнутых ртах и пустых глазницах роились насекомые, надоедливое жужжание которых сводило с ума. Кодорк глубоко и прерывисто задышал, а затем грохнулся на колени и согнулся в приступе рвоты. Чёрное древо подошёл поближе, к самому краю ямы, и пригляделся.
– По началу люди пытались закапывать трупы, но быстро сдались, – заключил Игер, заметив, что местами тела мертвецов оказались присыпаны землёй.
– Во время войны или мора подобное происходит нередко, – согласился Яросгер и почесал шрам на щеке, безразлично окинув взглядом сложенную на дне ямы гору гниющих трупов, – гибнут женщины и мужчины, умирают новорождённые дети и глубокие старики. Смерть крайне неразборчива.
– Гадость, – сплюнув сгусток желчи, просипел Ледяные перста и согнулся пополам в очередном приступе рвоты. Мстидар и Яросгер одновременно с жалостью посмотрели на Кодорка.
Никто в лагере беженцев не обратил внимания на незнакомцев. Компания беспрепятственно продвигалась между неровными рядами прохудившихся палаток и сооружённых из подручных материалов укрытий, всюду натыкаясь на полубезумные голодные взгляды. Вскоре путники привыкли к удушливому зловонию, однако смириться с окружившим компанию кошмаром оказалось невозможно. На каждом шагу они сталкивались с очередным ужасным потрясением. Чёрное древо видел семилетнюю девочку с гноящимися глазами, сжимающую в тоненьких ручках тряпичную куклу, мужчину с отрубленными за кражу руками, подростка со вздувшимся животом, который еле держался на худых ногах, слепого старика, тщетно просящего милостыню, вопящую над бездыханным телом ребёнка мать, избитую молодую девушку в разодранной одежде, рыдающего юношу, чья возлюбленная пару мгновений назад испустила последний вздох, старуху с глубоко запавшими глазами, ядовито проклинающую каждого члена Алого совета, и пятилетнего мальчика, озирающегося по сторонам безжизненным взглядом. Одна женщина, только завидев в лагере новые лица, бросилась навстречу компании и, оказавшись напротив незнакомцев, сбросила с себя тонкое затёртое до дыр покрывало, полностью обнажив сильно исхудавшее, но тем не менее привлекательное тело. Её наигранно похотливый взгляд скользнул по Игеру и его товарищам, однако Чёрное древо, немного помявшись, наклонился перед женщиной, поднял с земли покрывало и накинул его на хрупкие дрожащие на ветру плечи. «Каждый выживает, как может», – сочувственно произнёс он и скромно улыбнулся блуднице. Женщина стыдливо опустила глаза и уступила путникам дорогу.
Когда компания добралась до обрыва, от увиденного в лагере Кодорк Ледяные перста уже не мог сдерживать навернувшиеся на глазах жгучие слёзы, а к горлу Игера подступил колючий комок. Даже бесстрашный Яросгер и хладнокровный Мстидар до скрежета сцепили зубы, чтобы заглушить закипевшие внутри эмоции. Глубоко и прерывисто дыша, Чёрное древо подошёл к краю бездны. Кусок земли, на котором громоздился город Сердце, от остального мира по всему периметру отделяло около тридцати метров пропасти. Игер посмотрел вниз и разглядел на дне чудовищно глубокой впадины мутно-зелёную субстанцию и плавающие в ней тела, затем он поднял голову вверх на нависающего над всем миром исполинских размеров монстра, построенного из камней и железа. Отсюда Чёрное древо смог с трудом разглядеть стражников в красных плащах, что бдели за безопасностью города с балконов или клеток из железных прутьев, сооружённых на разных высотах, но большая и незримая часть дозорных солдат следила за лагерем беженцев из амбразур и щелей каменных сооружений.
