Подземный рынок представлял собой огромное помещение с высоким потолком и стенами, на которых переплетались круглые и квадратные трубы. Покосившиеся лавки и потасканные палатки местных торговцев стояли повсюду, однако большая их часть пустовала. В воздухе висел крепкий запах перегара, дым-травы, гнили, мокрого камня и слёз чёрного дерева. Большая часть Подземного рынка тонула в темноте. Свет исходил всего от десятка подвешенных на специальных подставках закопченных ламп и разведенных в железных бочках костров, рядом с которыми грелись бедняки, пьяницы, приличные горожане и мелкие торговцы. Люди переговаривались между собой шепотом и часто озирались по сторонам. Между рядами лавок прогуливались скучающие охранники в крепких кожаных куртках. Забредшие в Подземный рынок редкие горожане слонялись от одного прилавка к другому, без интереса глазели на скудный товар, но ничего не покупали, а торговцы, беспрерывно курившие свёртки с дым-травой, больше не зазывали обедневших клиентов.
– Идём, – глухо произнёс Чёрное древо, когда товарищи отдышались после длительного спуска и привыкли к местному освещению, а их одежды впитали в себя ароматы Подземного рынка.
Молодые люди прошли вдоль каждого ряда полупустых прилавков, с досадой разглядывая жалкий ассортимент товаров и мрачные лица продавцов. Чернисар Огненная рука иногда спрашивал цены на разное барахло и продукты, и выяснилось, что обыкновенная крупа в деревянной миске может обойтись покупателю в разы дороже, чем привезённое из дальних земель украшение.
– В последнее время большинство торговцев разорилось, – пояснил Чернисару престарелый мужчина с резной тростью в руке и набитой дым-травой курительной трубкой в зубах, – Подземный рынок никогда не терпел таких убытков. Люди приходят сюда, продают своё имущество и сразу бегут на Наземный рынок, чтобы потратить выручку на еду и питьё, а кто-то остаётся здесь и пытается забыться в кабаке.
Престарелый мужчина вынул изо рта трубку и выдохнул облако густого белого дыма. Он одарил молодых людей грустной улыбкой, повернулся к самому высокому в Подземном рынке шатру и неспеша заковылял между прилавками. К нему присоединилась троица бритоголовых парней, отгородив почтенного человека от простых горожан и торговцев.
– Кто этот мужик? – спросил Яросгер, обратившись к стоящему поблизости лавочнику.
– Господин Туругер, один из владельцев Подземного рынка, – испуганно прошептал бывший торговец пряностями, который ныне распродавал нажитые за долгие годы украшения: редкие чеканные монеты, кольца, серьги, броши, ожерелья и браслеты, – уважаемый человек.
Молодые люди прошли в самую глубь рынка и остановились напротив огромной клетки, за которой, высунув длинные шершавые языки, валялись на полу огромные мохнатые собаки. Один пёс поднял голову и взглянул на Чёрное древо грустными, как у уставшего от жизни человека, тёмно-оранжевыми глазами. Вздохнув, Игер присел на корточки и дотронулся пальцами до толстых прутьев решётки. «Осторожно», – предостерёг его Кодорк, но Чёрное древо, набравшись смелости, протянул вперёд руку и погладил мягкую чёрную шерсть, и пёс прильнул поближе к ладони доброго человека.
– Эркутские псы, – раздался голос подоспевшего хозяина, – спокойные, добрые, но неустрашимые звери. Древние эркут взращивали их для охоты на рогорезов и охраны домов от яширх, землегрызов и прочих чудовищ. Желаете приобрести одного? У меня есть парочка щенков на продажу.
– Не желаем, – Чёрное древо отрицательно помотал головой, с сожалением взглянул на замученного в неволи пса, потрепал его за ухом и поднялся на ноги, – сейчас нас интересует приличное заведение, где можно выпить, поесть и разузнать последние новости.
– Здесь достаточно харчевен, кабаков и палат с распутными девицами, – хмыкнул хозяин эркутских псов и, постучав костяшками пальцев по прутьям клетки, добавил, – загляните в кабак Ярриды, пойло там отвратительно, зато хозяйка хороша собой и всегда обходительна с гостями. Не пожалеете.
Торговец животными указал рукой на неприметную, затерявшуюся среди верхушек шатров и палаток, узкую лестницу в дальнем конце помещения, ведущую к выкрашенной белой краской двери с пылающим красным светом фонарём, нависающим над входом. Чёрное древо поблагодарил продавца, и молодые люди направились в указанном направлении. Тёмно-оранжевые глаза эркутского пса с тоской смотрели вслед уходящего Игера, пока тот вместе с товарищами не скрылся за невысокой постройкой, откуда постоянно несло крепкой выпивкой и заветренным мясом.
По пути к кабаку Ярриды молодым людям встретилось несколько харчевен, расположенных в палатках, шатких сколоченных из досок шалашах, либо на огороженных невысокими железными заборчиками местах. Большинство заведений не могло порадовать ни ценами, ни разнообразием выбора, но некоторые, наоборот, неустанно искушали изголодавшихся товарищей. «Когда в последний раз мы ели в подобных местах, Игер?», – Кодорк Ледяные перста цокнул языком, Чёрное древо сглотнул слюну.
