– Перестань пытаться меня раздавить. – Он стукнул тростью по бамперу ее пикапа. Марша остановилась на развилке, вышла из машины и понеслась по лестнице, первой успев к входной двери – словно бежала с ним наперегонки. Она заглянула в ведро Рича:
– Я это готовить не буду, пока ты их не убьешь.
Ларк устроился в кресле. Марша вошла в дом, не вытерев ног.
– Ты что, читать не умеешь? – крикнул Ларк ей в спину.
– Почему ты не можешь держать дверь закрытой? Здесь холодно! – крикнула она в ответ. Вернувшись на крыльцо с ножом, она остановилась, чтобы прочитать надпись на дверном коврике. – Возвращайтесь с предписанием? Да тебе повезло, что я вообще вернулась в твою вонючую халупу. Иначе ты бы ел холодную фасоль из банки на завтрак, обед и ужин.
– Печеная фасоль вкуснее холодной, – проворчал Ларк.
Рич ударил миног о перила, выпотрошил. Собаки потянулись, выгнули спины дугой и поплелись дальше. Боров принюхался, неуклюже поднялся на ноги и фыркнул.
– Смотри не усни. А то эта свинья тебя живьем сожрет. – Он нырнул в дом, неся с собой мертвых миног. – Куда положить?
– Можешь на столе оставить. Ты что, курил в доме? – крикнула Марша Ларку. – Ты ведь слышал, что тебе сказал доктор!
Ларк заворчал, вяло завозился на месте, всем своим видом показывая, что будь его воля – он бы давно встал и ушел.
Зашипело масло. Марша принесла тарелку с обваленными в муке миногами, блестящими от жира. Ларк поднял одну за хвост.
– Ты единственный, кто это ест, – сказала она.
– Юроки их едят. Каруки тоже. – Ларк опустил миногу на сковороду, скривился от жара.
– И кто приучил тебя их есть? – спросила Марша. Ларк кашлянул.
– Моя жена.
– Она была отсюда родом?
– Она была с верховья реки. – Ларк потянулся за другой миногой. – «Карук» значит – «люди, живущие у верховья реки». Но выросла она здесь, внизу. Однажды ее бабушка стирала – тут тогда квартировались солдаты. Подошел солдат, решил поразвлечься. Она и размозжила этому ублюдку голову камнем. Спустилась сюда, чтобы спрятаться. В те дни это было хорошее место, чтобы затаиться.
– Где вы с ней познакомились?
Ларк улыбнулся.
– На рыбалке. – Он прищурился, покопался в недрах своей памяти. – Она начала кричать на меня на своем языке. Я, черт возьми, не понимал, чего она от меня хочет. Но скажу тебе по секрету – я никогда не спорил, если у нее под рукой лежал камень.
– Она хорошенькая? – спросила Марша.
– Еще бы.
– Почему я никогда не видела ни одной фотографии?
Ларк вытер нос тыльной стороной ладони, словно не хотел, чтобы остальная часть истории просочилась наружу.
– Об этом позаботился потоп.
Раздался рев клаксона. Рич пошевелился, откинул голову назад на подушку.
– Кто это?
Коллин подошла к окну.
– А ты как думаешь?
– Рич! – взревел Юджин и пронзительно свистнул. Залаял Скаут. – Гундерсен!
Рич на ощупь пробрался в коридор. Юджин распахнул входную дверь с такой силой, что она ударилась о стену.
– Поехали! – крикнул он, включая свет.
– Куда поехали? – заморгал Рич. – Середина ночи же.
– Сейчас сам все увидишь! – Ботинки Юджина были заляпаны грязью, но он бесцеремонно прошелся по чистому ковру Коллин, словно это была его собственная лужайка.
– Что увижу? – не понимал Рич.
– Рич? – Коллин положила голову на макушку Карпика. Он сонно потер глаза.
– Давайте собирайтесь, – Юджин махнул рукой. – Пока Харви все не перекрыл.
Рич откашлялся.
– Дай-ка я хотя бы оденусь.
Юджин вышел обратно во двор. Под его подошвами заскрипел гравий.
– И что ты думаешь? – спросила Коллин.
– Понятия не имею, – ответил Рич. Юджин мог натворить все что угодно.
– Карпику завтра в школу. – Коллин отвела его в комнату. Рич слышал, как она помогала ему одеться.
Он натянул вчерашние джинсы, взял с прикроватной тумбочки будильник, прищурился – 4:34,
– Дороги – полное дерьмо, – сказал Юджин. – Быстрее дойти пешком.
Карпик зевнул. Рич сдержался, чтобы не зевнуть вслед за ним. Он присел на корточки, чтобы Карпик забрался к нему на спину, спустил Скаута с цепи и последовал за лучом фонарика Юджина вверх по холму.
– Где мама? – спросил Карпик. Рич оглянулся на покачивающийся фонарик Коллин, его налобный фонарь высветил силуэты высоких папоротников.
– Вон идет.
С вершины Хребта 24-7 он заметил полосу красного-синего света, пульсирующую в тумане. Рич шагнул вниз, сместил центр тяжести, поймал равновесие и помчался вниз по склону к вышедшему из берегов ручью, маленькое тельце Карпика подпрыгивало у него на плечах, словно рюкзак.
Он пробежал несколько ярдов вверх по течению, выбирая удобное место, чтобы перебраться на другую сторону, затем вошел в высокую, по пояс, воду. Скаут плюхнулся рядом, принялся бешено грести лапами. Выйдя на берег, Рич снял Карпика с плеч и вернулся за Коллин, и вот они все втроем оказались в нижней части Проклятой рощи, на самом дальнем крае территории «Сандерсона».
