— Так он вам не сказал… — посочувствовал он. — И всё же не вините мужа, вероятно, он не хотел оставлять вас в тревоге. Ведь порученная ему миссия лишь отчасти дипломатическая… Но вам не стоит волноваться, ваш супруг умный и проницательный человек. К тому же он поручил мне опекать вас.
— Вам? — с прорвавшимся язвительным раздражением сверкнула глазами американка.
— Не удивляйтесь — скромно потупил взор молодой человек. — Ведь я же сказал: ваш супруг проницательный человек. Дело в том, что я единственный в этом городе, кто не вовлечён в «их» дела. Вы хоть и пытаетесь разобраться, что здесь происходит, но поверьте, для этого нужно прожить тут как минимум год. Да и то вряд ли «они» вас подпустят близко к своим секретам, ведь вы чужая. И я чужой. Как и лейтенант Болдуин…
— А что Болдуин? — Вэй показалось, что секретарь произнёс фамилию лётчика с неким сожалением.
— Мне кажется лейтенант совершил ошибку, когда в первый же день фактически объявил всем крестовый поход. Конечно всё это очень по-рыцарски. Но это в книгах Дон Кихота всего лишь высмеивают и выставляют дураком, а в жизни всё может закончиться гораздо печальнее.
Распрощавшись с Кендаллом возле универмага, Скарлетт зашла в магазин. Пока выбирала нужный товар и расплачивалась у кассы, появился новый посетитель. Поначалу Вэй не обратила на него внимания, приняв за одного из местных жителей. Но мужчина сам подошёл к ней:
— Простите, вы тоже из Штатов? — Оказалось, незнакомец по акценту, манере говорить и одеваться безошибочно распознал в ней землячку и решился начать разговор: — Ещё раз простите, но вы не поможете мне выбрать подарок для своей племянницы. Она даже внешне на вас немного похожа.
Вэй согласилась. По ходу дела познакомились. Соотечественника звали Фрэнк Пирс, он был высок, почти под два метра ростом; и худощав, лицо его обрамляла короткая шведская бородка. Пирс сообщил, что является инженером крупной американской компании; приехал в составе небольшой делегации по приглашению здешнего мэра — осматривать место под строительство новой фабрики:
— Моя компания давно планирует начать экспансию на европейский рынок, — Пирс с удовольствием воспользовался случаем поболтать с симпатичной землячкой, — а здесь идеальные условия — он стал загибать пальцы: — Во-первых, отличный уголь, можно сказать прямо под ногами. Во-вторых, рядом в лесу залежи торфа, а значит и природный газ. Торфяные болота, — это ещё и источник руды. Прибавьте к этому отличные дороги, а ещё всего в двух милях протекает река. Что касается разного сырья, то его в изобилии доставляют в Британию из многочисленных колоний, которые разбросаны по всему свету. Одним словом, то, что нужно!
Правда инженера немного смущало, что фабричным цехам предстоит вырасти на месте старинного усадебного парка в непосредственной близости от прекрасного дворца — по всей видимости, памятника архитектуры. Но что поделаешь, — бизнес есть бизнес.
— Сказать по правде, это очень выгодно строить на землях местных аристократов, потому что дворянские поместья имеют льготы и субсидии от государства. Все эти пэры и лорды когда-то добились массы привилегий для себя, и не спешат с ними расставаться — здесь вам не Америка!
…Разговор продолжился на улице.
— А разве не мэр хозяин земли? — искренне удивился инженер, когда Скарлетт намекнула ему на это.
— Нет, хозяин граф Уильям Ланарк.
Инженер пожал плечами: граф так граф, на его работу это никак не влияет. — Хотя скажу вам, этот граф владеет скрытыми сокровищами. Только не удивляйтесь, но это глина. Целое месторождение белой каолиновой глины. Это всё равно, что золото! Из неё можно создавать тончайшие, почти прозрачные фарфоровые сервизы королевского класса. Не удивлюсь, если у здешнего хозяина появится прозвище «фарфоровый граф».
Они остановились возле гостиницы. Вэй прочитала в глазах мужчины искренней интерес. Он ей тоже понравился, хотя из-за схожести с президентом Линкольном вначале показался немного забавным. И всё инженер был хорош собой: светлые волосы, высокий лоб, тонкий нос, волевой рот, смеющиеся серые глаза. Во взгляде мужчины читались ясность и спокойствие уверенного в себе человека. Когда же он улыбался, то на щеках появлялись симпатичные ямочки.
— А вы тут с кем? — с американской непосредственностью поинтересовался новый знакомый.
Скарлетт на секунду задумалась и ответила:
— Я тут сама по себе.
Глаза её провожатого радостно заблестели.
Скарлетт вернулась в гостиницу как раз к обеду. За столом сидела Клэр, а хозяйка заботливо хлопотала вокруг младшей дочери графа Ланарка, желая её как следует накормить. Девушка, по её собственному признанию, провела несколько дней в лесной хижине, мучаясь от пронизывающего холода и голода, после того, как сестра фактически выгнала её из дома, не дав взять с собой даже тёплых вещей. Вид у неё и правду был измученный и жалкий. Внутренние эмоции отражались на её лице. Скарлетт поразила печаль и боль в её глазах. «Чего они все хотят? Почему травят меня? Уничтожают всё, что мне дорого?» — едва сдерживала слёзы Клэр.
