После этого хозяин самолёта решительно отказался обсуждать вопрос оплаты. Теперь его интересовала лишь чисто техническая сторона дела.
— Значительная часть интересующего меня леса принадлежит имению Ланарк-Грэй-Холл — пояснила Вэй.
Лётчик взглянул в указанную ею сторону и помрачнел. Потом, однако, он улыбнулся и снова коснулся пальцем дырки на шее, едва затянувшейся тонкой розовой кожей. — В последний раз, когда я летал над лесом, по мне выстрелил снайпер — уверен то был лучший выстрел в его жизни — и сбил меня. А может просто шальная пуля. Это было в 16-м во Франции. Тогда я летал на истребителе «Сопвич Кэмэл». Отличная машина, очень легкая в управлении и манёвренная. Но тот выстрел… в шею. Пуля типа «ремингтон» калибра 5,56 миллиметров. Из-за смещённого центра тяжести, попав мне в шею, она начала кувыркаться внутри меня и вышла через щёку. Конвенциями такие запрещены. Но фрицу было плевать на конвенции. Я почти ослеп от боли и захлёбывался кровью. Машина пошла вниз к деревьям. Мне ещё повезло…
Так что я не люблю лесов, миссис Вэй. Но будем надеяться, в вашем не водятся снайперы. — Лётчик скривился в дружеской улыбке. Вэй улыбнулась ему в ответ, не желая признаться, что после всего того, что тут происходило, не может этого обещать.
— Так где в точности начинается ваш лес, и куда нам следует держать курс? Можете показать?
Скарлетт склонилась над планшетом с картой, и, хотя раньше никогда не делала этого, мгновенно нашла прерывистую линию, показывающую границы поместья; а вот дальше растерянно стала водить пальцем по карте.
Лётчик выпрямился и как-то по-особенному посмотрел на неё:
— Ваш лес здесь не отмечен, — сообщил он. — Странно. Здесь пустота. Просто поля и пустыри. А ведь это совсем новая карта.
— Этого не может быть… Этого ведь не может быть?
Сказать, что Скарлетт была озадачена, значит, ничего не сказать, она была просто ошарашена! Как такое вообще возможно, чтобы на территории метрополии, а не какой-нибудь её далёкой заморской колонии, испарился огромный участок заповедной природы?!
— Очень странно, — повторил пилот таким тоном, как будто констатировал факт… или что-то знал. — Насколько этот ваш лес велик? — спросил он, не сводя с Вэй взгляда.
— Очень большой. Думаю, он тянется на десятки миль…
— Десятки миль! — присвистнул пилот, потом его изуродованная челюсть слегка искривилась в улыбке. — Да это не лес, а джунгли!
Потом он замолчал, и Вэй снова показалось, что он что-то знает или слышал о Блэкстоунском лесе.
— Но вы ведь по пути сюда должны были пролетать прямо над ним! — воскликнула она. — Или, во всяком случае, видели с высоты огромный лесной массив.
Пилот быстро кивнул и бросил взгляд на карту. — Ладно. Не будем гадать, просто поднимемся в воздух и проверим…
— Вот именно! — обрадовалась Скалли. — Да и зачем нам карта, если вон он лес.
— Да, кстати, — будто опомнился лётчик, — а ваш муж Арчи Флетчер, — как он отнесётся к тому, что вы снова решили подняться в небо на летающем антиквариате, да ещё ради поисков какого-то пилота?
— Но Арчи же здесь нет — недоумённо отозвалась Вэй, которая привыкла всегда поступать, как хочется, ни на кого не оглядываясь. — И разве в прошлый раз я спрашивала у мужа разрешения лететь с вами?
Хозяин самолёта усмехнулся:
— Этому Болдуину всегда везло на женщин. И всё же, кто вам подал мысль посмотреть на лес сверху? — авиатор с хитрецой взглянул на американку. Скарлетт с удовольствием приняла шутливый тон:
— Мне ничего не оставалось, как просить помощи у бога, но, подняв глаза к небу, я вдруг подумала, что не стоит обременять господа, у него в ушах и без меня постоянный гул от просьб прислать на помощь ангелов.
— И тогда вы вспомнили о знакомом ангеле — понимающе кивнул скривлённой шеей лётчик, — ангеле ада… Наши три эскадрильи так и звались — «Ангелами ада». Каждый новичок при вступлении получал вот такой вот шёлковый шарф, — показал он, — тут с обратной стороны вышит чёртик. Это знак принадлежности к закрытому клубу. Кстати, у вашего Болдуина должен быть такой же.
Крылатый аппарат действительно своим потрёпанным видом мог отпугнуть пассажира, сколь ни будь дорожащего жизнью и здоровьем. Самолёт был списан из королевских ВВС сразу после окончания войны, и нынешний владелец купил его по дешёвке. Похоже, свой ресурс он давно выработал. Фюзеляж и обшивка нижних крыльев биплана были забрызганы маслом из изношенного мотора.
На память о героическом прошлом аэроплана его фюзеляж покрывали многочисленные заплатки. Некоторые весьма зловещие. Там где предстояло сидеть Скарлетт, на борту кабины остались следы прошивших её пуль — об этом владелец поведал Вэй ещё при знакомстве. Здесь погиб человек. Судя по расположению пробоин, пули попали бедняге в живот. У нынешнего хозяина это даже вызывало что-то вроде гордости, а Вэй старалась не думать о бывшем владельце своего кресла. Тем более что вскоре её полностью захватило чувство полёта.
