— Вы ведь хотели помочь подозреваемой скрыться? — вкрадчиво уточнил Пит Север. — Учтите, мы всё видели.
— Я?! — воскликнул поражённый авиатор и развёл руками. Ещё больше была поражена Скарлетт, увидев не по-военному озирающийся взгляд недавнего героя, выражение его лица и вовсе показалось ей растерянным. Перед ней был обычный обыватель, не желающий иметь неприятностей с законом. Тем более что некоторые владельцы частных самолётов не спешили регистрировать их, желая сэкономить на налогах; а кое-кто промышлял делишками, которые трудно было назвать законными, в том числе мелкой контрабандой. Что-то такое Вэй слышала краем уха от мужа о его «крылатом» приятеле.
— Впрочем, — сменил тон инспектор, — мы готовы закрыть на всё глаза, если вы не станете чинить препятствий нашей работе. Улетайте прямо сейчас. Тем более что погода портиться и вы рискуете застрять здесь надолго.
— Давайте, давайте, только быстро! — пробурчал, махая рукой Север, явно недовольный, что начальство позволяет ускользнуть возможному сообщнику американки.
Лётчик поднял глаза на небо:
— Мне и в самом деле пора, — затем он перевёл виноватый взгляд на молодую женщину и прижал руку к груди, но вместо извинений лишь сконфуженно улыбнулся и быстро пошёл к самолёту. Ирландец алчно сверкнул глазами ему вслед. Что же касается Скарлетт, то ей было неприятно даже смотреть в ту сторону.
— Надеюсь, господа, вы позволите мне заехать за одеждой? — обратилась она к полицейским.
— Пожалуйста — не возражал инспектор.
— Но мы должны предупредить, что у вас будет попутчик — ухмыльнулся констебль Север, и, переглянувшись с напарником, кивнул ей на чёрный фургон. Теперь Скарлетт могла вблизи рассмотреть машину. В прошлый раз за Клэр присылали специальную тюремную карету, а эта больше напоминала фермерский скотовоз. В Америке такие давно не редкость. Но среди здешних арендаторов — что-то Вэй не замечала, что кто-то владеет собственным грузовичком. Из местных пожалуй лишь Ланарки в своём в имении могут иметь специальный транспорт для перевозки крупных животных — породистых скакунов для участия в престижных дерби и племенного скота. Возможно и у охотников тоже есть такая машина…
Но что за непонятная ухмылка была на лице рыжего констебля, когда он указывал ей на машину?
В задней части кузова имелась дверца с маленьким зарешёченным окошком, констебль, словно прочитав мысли Вэй, подтвердил её догадку:
— С транспортом возникли проблемы, но Дегриль нас выручил. В нём он привёз своих дьявольских псов. И сейчас там не пусто… Желаете посмотреть?
Внезапно из темноты кузова на решётку с рёвов бросилось звероподобное существо. Вэй в ужасе отшатнулась от совершенно безумных выпученных глаз и оскаленных зубов. Растрёпанная грива рыжих волос, густые бакенбарды, волчий оскал — Скарлетт с трудом узнала в рычащем и лязгающем на неё зубами безумце графа! И пришла в совершеннейший ужас:
— Прошу вас, не сажайте меня к нему! — Скарлетт невольно отыскала глазами чёрную точку аэроплана вдали. От этого ощущение абсолютной беззащитности стало лишь острее. Ужас перед безумцем, и предательство вокруг на миг лишили её мужества. — Я подданная соединённых Штатов! Вы не можете со мной так поступать.
— Почему? — удивлённо поднял брови инспектор. — Не вижу причин для исключений, перед законом все равны. Сами видите: мы не даём поблажек даже лордам.
— Или вам не нравится экипаж? — ухмыльнулся Север. — Но другого извините, не прислали. Так что, как говориться, в тесноте, да не в обиде! А после того как сдадим сумасшедшего в психиатрическую лечебницу, мы и вас доставим, куда следует.
— Но я… — возглас растерянности вырвался у Скарлетт.
— Да вы не бойтесь! — «успокоил» Север. — Сперва мы Его Светлости намордник наденем и смирительную рубашку. Он вас и пальцем тронуть не сможет. — Недалёкому малообразованному деревенщине явно доставляло удовольствие чувствовать власть над бывшим лордом и пэром (как говориться, больного льва и ослы лягают). А заодно и над надменной иностранкой, которая долго его ни во что не ставила.
Но Вэй уже взяла себя в руки.
— Не делайте этого! — попросила она уже не за себя. — Чтобы не совершил этот человек, нельзя относиться к нему словно к животному.
— А он и есть животное — пожал плечами инспектор. — Впрочем, не опасайтесь, леди, сажать вас к нему было бы превышением власти. Вы поедите в водительской кабине. Но намордник на сумасшедшего мы всё равно наденем — для собственной безопасности. Ведь одному из нас придется присматривать за ним.
— А второму за вами — многозначительно добавил коренастый ирландец.
— Но я не собираюсь нападать на вас, и не планирую бежать.
— Не знаю, не знаю… — покачал головой инспектор и покосился на констебля. — Вас подозревают в убийствах, совершённых с большой хитростью. Откуда мне знать, что вы не попробуете снова проявить свои способности.
— Я даю вам слово.
— Этого мало. Другое дело если вы прямо сейчас докажите, что готовы раскаяться… Чистосердечное признание.
— Выбирайте — констебль Север поигрывал намордником.
