— Слабоватый он у тебя какой-то, — нагло ухмыльнулась Ли и, замахнувшись головой, попыталась заехать Кассэлю в нос.
Ястреб, совершив молниеносный уклон в сторону, поймал ее, резко забросив себе на плечо.
— Всевидящий, — прошипел медленно звереющий мужчина. — Я спокоен. Твою мать, я совершенно спокоен.
— А это ты зря, — долбанула его ладошками по спине Оливия. — Покой тебе теперь будет только сниться, многомордый. Ты как, привет прощальный от меня получил? Понравилось? — сопела висящая вниз головой Ли.
— Ты про свою глупую выходку с комнатой? — раздраженно буркнул Касс. — Не понравилось.
— Вот и замечательно! А ты привыкай, потому что это были цветочки, Ястреб.
— Паучки! — зло поправил ее Касс.
— Тараканчики! — пыхтя, добавила Оливия. — Подожди, я тебе устрою спокойную жизнь! — не унималась она. — Я и замок твой к орку в зад разнесу.
Касс остановился, а затем, резко стянув ее с плеча, сбросил на землю.
— Чего ты добиваешься? — прогрохотал он, тяжело нависнув над Оливией. — Зачем меня злишь? Я пытаюсь себя контролировать. Я пытаюсь поговорить с тобой спокойно…
— А ты меня спросил, мне это нужно? — Оливия вскочила на ноги и яростно толкнула Касса в грудь. — Ты спросил меня, хочу ли я тебя видеть и слышать? Тебя интересовало мое согласие, когда ты заставил меня выйти за тебя? Тебя плевать, что ты разрушил мою жизнь, а мне наплевать на твою, и если у меня получится превратить каждый день твоего существования в мрачный Сардарр, значит, мы квиты! — выкрикнула она в его передернувшееся лицо. — Получай, что хотел! Ты меня еще упрашивать будешь, чтобы я убралась подальше, когда у тебя земля будет под ногами гореть.
— Серьезно? — напер на нее Касс. — Ты действительно считаешь, что можешь мне что-то сделать? Глупая девочка, — сделав стремительный шаг вперед, Касс захватил в ладони лицо Оливии и, ярко сверкнув глазами, не мигая, уставился в ее. — Я щажу твою гордость и терплю твои глупые выходки только потому, что проклятое чувство вины столько лет не дает мне жить и дышать спокойно. Стоит посмотреть на тебя, и давно зажившая рана снова начинает кровоточить и болеть. Почему? Гребаный Раннагар, а я ведь могу и так… — он глубоко вдохнул, и Ли вдруг поняла, что не может отвести от него взгляда… или не хочет? Увязла, как в трясине, и с каждой секундой бездонные зеленые омуты его глаз утягивают ее куда-то на самое дно, и нет сил даже чтобы крикнуть и позвать на помощь. И желания тоже нет. Так хорошо, тепло и спокойно там… в этом изумрудно-мягком свете. И все вокруг такое неважное, незначительное, пустое… только этот свет — зовущий, обещающий, искушающий… чистый соблазн…
Словно со стороны охотница увидела свою руку, медленно тянущуюся к лицу мужчины, касающуюся высокой скулы, спускающуюся по колючей щеке. Ее пальцы обводят его жесткие, сомкнутые губы, и они вдруг опаляют кожу теплом своего прикосновения — мимолетного, невесомого, дразнящего.
— Я ведь могу и так, Лив, — прохрипел Касс в раскрытую ладонь охотницы. — Но не хочу, — он осторожно освободил ее лицо из плена своих рук и, развернувшись, поднял с земли мешок, протянув его Оливии. — Здесь одежда. Вард позаботился. Переодевайся. Я пойду поймаю скирргорна.
Ошеломленная и потерянная, Ли молча смотрела в его удаляющуюся спину, не осознавая того, что случилось. Высоко в небе сверкнул извилистый росчерк молнии, разорвав небо напополам, а потом ударил оглушительный раскат грома, заставив девушку вздрогнуть и очнуться от сковавшего тело оцепенения.
Стремительно приближалась гроза, и бежать от нее было так же бессмысленно, как и от минуту назад покинувшего поляну мужчины.
Он вернулся спустя четверть часа, вернее, триумфально приземлился в центре поляны на сером, нервно бьющем по земле хвостом ящере. Спрыгнув на землю, герцог по-хозяйски потрепал животное за холку, и Ли мрачно отметила, что скирргорн довольно закатил глаза, признавая верховенство и власть хозяина.
Поразительно: эльфы тратили много месяцев, чтобы приручить птице-ящеров, носились с ними, как с малыми детьми, пытаясь найти подход, привязать к себе, а этому хватило нескольких минут и одного взгляда. Несправедливо.
Касс мельком окинул взглядом одетую в привычную для воинов ольдта одежду Оливию и, вытащив из-за пояса нож, спокойно протянул ей. Ли удивленно покосилась на протянутое оружие, а затем исподлобья зыркнула на Ястреба.
— Что это? — недоверчиво поинтересовалась она.
— Недостающая часть твоего гардероба, — невесело ухмыльнулся Касс и, развернувшись, хотел было вернуться к ящеру.
— Не боишься, что я его тебе в спину вставлю? — Ли сжала в ладони клинок, а затем стала виртуозно прокручивать его между пальцами.
— Не боюсь, — совершенно серьезно обронил Касс. — Ты не из тех, кто бьет в спину, — подойдя к Оливии вплотную, он уперся грудью в моментально выставленное ею вперед остриё кинжала. — В спину — нет. В сердце — да. Будь у тебя такая возможность, ты обязательно убила бы меня, но при этом смотрела бы мне в глаза.
