Не смотря на все мои опасения, я спокойно попала в королевскую библиотеку. Ох, и красиво здесь! Уходящее розовое солнце из больших окон на прощание целовало своим светом тысячи книг в кожаных переплетах, нежно прикасалось к комнатным деревцам в изящных кадках.
Посреди стоял громадный, тяжелый стол, на котором аккуратно лежали…
— Не может быть! — Ахнула я, увидев Третью Книгу, ради которой я столько потеряла.
Вокруг всех трех книг были разбросаны бумажки с заметками, будто кто-то пытался делать перевод. И были отрывки писем. Наверное, к моему уходу не успели прибраться. Ладно заметки по переводу, но письма? Хочешь не хочешь, но они отвлекали мое внимание даже от зловещей Книги, разрушившей столько жизней.
Одно письмо выделялось из всех. Имена отправителя и адресата были оторваны, но почерк Гончего я узнаю всегда.
«Не лезь. Если она начнет мешать, я сам разберусь. По-своему».
Может, это женская глупость, а, может, та самая интуиция, но я уверена была, что это обо мне. Кому он писал? Как я могла помешать? То есть, могла, но…
Сердце с глухим ударом оборвалось вниз. Хотелось бы поверить, что это не он.
Это точно почерк Гончего… Но разве он мог? Хотела поверить, что нет. Но всё вокруг — дворец, их взгляды, его молчание — кричало обратное. Все это время, что был рядом со мной, что говорил… Я думала, что он не может сделать больнее, оказалось, что не ошиблась. Он сделал еще раньше, просто я об этом не знала.
А благородный какой — этого не отнять. Дурочка почти висела на его шее, но наш таинственный лорд предпочел вначале ее отшить, все это время держа при себе как полезную вещь или помеху, которую, в случае чего, без проблем можно убрать.
«Я тот, кто не даст тебе умереть», — теперь звучит как подачка.
Почти все строки были заляпаны чернилами.
Я с силой сжала ненавистный лист, оставляя следы на ладони.
— Позвольте поинтересоваться, Полина, почему вы выбрали не Порядок? — Уверенный голос короля заставил меня вздрогнуть.
Я не видела, как он входил. Стало даже неловко, будто меня застукали за подглядыванием. Хотя так оно и есть. Сейчас на нем не было мантии, лишь аккуратный, некричащий ободок короны говорил о том, кто передо мной. Корона и его могущественная аура, которая заполнила все пространство среди нас.
Я так растерялась, что не сразу сообразила: сделать реверанс или поклониться? В итоге просто невнятно дернулась, но Вильмар Стенгерр в принципе не обратил никакого внимания.
— Так почему же?
— Люди сотни лет заблуждаются по поводу храма Порядка. Они ведь…
— Порядок — смерть, а Хаос — жизнь. Я знаю ваш перевод и верю вам, Полина. И знаю, что заблуждение народа зашло куда дальше, нежели просто природа Древних Богов. — Его Величество сел за огромный письменный стол и жестом показал на соседний стул. — Но чем Порядок плох?
— Если он придет, он уничтожит все живое, разве нет? — Беспомощно спросила я, немного тушуясь перед величиной его личности.
— И почему это плохо?
Я растерялась. Он серьезно?
— Вы знаете, почему Порядок прозвали именно так? Не погибелью, не смертью, не наказанием, не чем-то иным? — Спросил король, чуть склонив голову набок.
— Нет… Потому что смерть — великий уравнитель? — Вспомнилась строка из Эпоса о Гильгамеше.
— Потому что Порядок отвечал на молитвы, а Хаос — никогда.
— Ваше Величество, извините, но к чему вы клоните? Это ваша цель? Просить у Порядка?
— Жизнь и борьба, порой, вынуждает нас пересматривать то, во что мы всегда верили. Знаете, Полина, — сказал король, откидываясь на спинку кресла, — у меня когда-то тоже были идеалы.
— А потом появились амбиции, — почти невежливо продолжила я.
— Долг, — поправил он с улыбкой. — Как у Квенрала. Вы ведь не думали, что он продолжает носиться с вами из чувств? Что вы можете безоговорочно доверять ему?
Раньше иногда думала, сейчас — нет. Но даже при этом уж точно его цели не противоречат моим.
Ведь так?
— Он верен только своей сестре. Никто не встанет выше Катарины, ее детей и… трона.
Я уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же его захлопнула. Каких детей?
— Он упоминал трон только как возможность, не как цель.
— Как знать. Я знал его, когда он был зверем. Мы вытащили его из грязи. Я видел, как он шаг за шагом поднимался наверх, жертвуя собой, принципами, эмоциями. Он — воин. Ему дали меч и цель. И он пойдёт по головам, чтобы добиться этой цели.
Этот разговор мне не нравился. Эта библиотека — тоже. Прав был проклятый Гончий, — не надо было мне сюда приезжать. Да все были правы!
— Знаешь, кто такие идеалисты, Полина? — Отбросив маску вежливости, перешел на «ты» король.
— Кто?
— Те, кто готов умереть за других. А трон получает тот, кто готов убить за себя. А тому, кого все называют Гончий, трон нужен. И исполнить долг перед Катариной.
— Вы выбрали Порядок, верно? В надежде, что он придет и исполнит все ваши желания? — С усталостью спросила я. Меня сюда не друг позвал…
— Ты ведь помнишь легенду о чистоте крови? — Он проигнорировал мой вопрос, хотя я уже знала на него ответ.
— Мир и благодать, пока короли блюдут чистоту династии и лелеют источники.