– Ты знаешь, что следует в случае неуплаты налога, старик.
– Стойте, – я отстегнула мешок с монетами, отсчитала лишние и протянула гвардейцу. – Возьмите. Вам нет причин задерживаться.
– Катарина, но откуда? – в настороженном взгляде отца, казалось, промелькнуло облегчение, но так мимолетно, что не уверена, не померещилось ли мне.
– Разве это сейчас так важно, отец? – мне придется объясниться, но пусть это произойдет позже, с него достаточно переживаний.
– Господа, значит, вопрос решен.
Так считали только мы с отцом, ни один из гвардейцев не пошевелился. Вперед выступил тот, что стоял возле вешалки. Когда он заговорил, все внутри оборвалось, я узнала голос гвардейца, с кем имела честь общаться на торговой площади.
– Все могло быть так. Если бы наш визит был связан только с налогом, ты же понимаешь о чем я, Катарина?
Отец бросил на меня непонимающий взгляд.
– О чем он говорит, дочка?
Я изучала потертость деревянного пола, не рискуя поднять глаза, оттянуть момент не получилось, а жаль.
– Пап, ты главное не переживай, я просто не успела тебе рассказать, – теребя платье, я выдала почти скороговоркой: – Я вовремя не продлила лицензию, и вчера при проверке получила за это штраф, срок уплаты за который сегодня, – а затем, пока отец не переварил сказанное, обратилась к гвардейцу. – У меня же есть еще время?
Он смотрел в мою сторону, ну, по крайней мере, его капюшон был направлен на меня, медленно повернул голову в сторону вешалки, провел рукой по накидке, а после присев к сумке заглянул и в нее. Я не видела, что он делал внутри, но когда встал и потер свои пальцы, вновь заговорил:
– Как ты заработала такую сумму меньше чем за сутки, Катарина?
Это была очень скользкая тема. Заработать четыреста золотых так быстро, для такой, как я – нереально, если только украсть или нарушить закон. Собственно, как-то так я их и получила.
– С чего вы взяли, что я заработала это за день? Я давно копила.
– Всегда носишь золото пристегнутым к поясу?
– Конечно, нет, но я не знала, в какой момент нужно будет платить за налог, и решила, что лучше они будут со мной.
– У тебя нет времени, оплатить необходимо сейчас.
– Но почему? День только начался, я внесу нужную сумму до конца заката.
– Способы, которые ты используешь, могут сделать только хуже. По сути, уже достаточно причин, чтобы этот разговор проходил совсем иначе. Нет смысла оттягивать неизбежное, – гвардеец покосился на сумку. И сомнений не осталось, это непустые намеки. Он может и не знал на сто процентов, но точно догадывался и даже был уверен в своих предположениях.
– О чем вы говорите? Катарину не в чем обвинить! Да, она просрочила лицензию, но ведь это первый раз, разве есть причина для подобных разговоров? Выписывайте уже пеню, и уходите, достаточно. Мы оплатим всю сумму, не сомневайтесь. Мы честные граждане!
Гвардеец, что говорил со мной, бросил взгляд на стоящего около двери все это время, и получил едва заметную отмашку.
– Катарина отправится с нами.
Отца пошатнуло, я еле успела подхватить его и усадить.
– О чем вы говорите? Куда отправиться?
– В Замок Айдена Аскара, правителя этих земель.
Теперь осела я.
– Зачем?
– А ты считаешь, причин недостаточно?
– Меня берут под стражу?
– Нет, если не будешь делать глупости.
– Когда я смогу вернуться домой?
Многозначительная тишина была более чем красноречивым ответом.
Отец вскочил и дернулся вперед, оставляя меня за спиной.
– Нет! Катарина никуда не поедет! Я отвечу перед Темным. Тем более, золото на штраф у нее было, а вот у меня на уплату налога не было, значит, вина полностью на мне и я должен ехать с вами.
Изумление исказило мое лицо, не от сказанного отцом, а от подрагивающих плеч того, что стоял у дверей. Он что, смеялся? Ему все это кажется забавным?
– Тебе не за что переживать, старик, с ней ничего не случиться, опять же, если она будет вести себя благоразумно. Не имеет значения, кто из вас не внес плату, она в любом случае идет с нами.
Это все было слишком нереально, начиная со вчерашнего дня.
– Что значит, идет с вами?
– У этого слова есть другие значения?
Мы все поняли, о чем речь. Решение было принято и неважно, кто и что скажет.
Отец не собирался отступать, он был решителен, как никогда, что видела не только я, двое молчаливых гвардейцев отодвинули плащи, освобождая мечи, это было немое предупреждение, которое отец проигнорировал. Он схватил стоящую недалеко кочергу, еще больше задвигая меня назад.
– Я не отдам вам свою дочь! Я не позволю ему… – то, что он недоговорил, повисло серым облаком надо мной.
Так не должно происходить, все могло быть иначе. Мы бы отдали все деньги, и они ушли, а наша жизнь продолжала бы течь своим ходом. Но случилось не так, совсем не так. Я знала, отец не отступит, будет бороться за меня до конца. Вот только шансов у него нет, даже против одного гвардейца, не то что четырех. Это нужно было заканчивать и молиться, что отца не накажут за неповиновение.
Гвардеец прав, если не лезть на рожон, все должно быть менее болезненно, в любом случае противостоять сейчас в открытую глупо, отец в этом случае пострадает.
