Проклятие Темного полностью

– Штраф. Я должна заплатить сегодня, но все, что было собрано, уйдет на уплату налога, я не хочу, чтобы отец лез в заем.

Он понимал меня… Ансэль был знаком с моим отцом. Вообще, Анс знал многое, о моих познаниях в том числе, мне пришлось поделиться с ним. Наша встреча и способствовало этому.

Мне было шестнадцать, когда мы познакомились. Я собирала ягоды в этой части леса, когда наткнулась на тело дроу истекающего кровью. Что он не собирался умирать, я узнала намного позже, но в тот момент его вид меня порядком напугал и, отбросив осторожность, я принялась за его исцеление. Конечно, его заинтересовали мои способности, после этого Ансэль еще не один раз хотел привлечь меня к своим делам, но я была непреклонна. Ансэль сохранил мою тайну так же, как я берегла его.

Мы были вместе год. Этот год был совершенно особенным для меня. Ансэль был моей первой любовью. До этого я не обращала внимания на мужчин, занятия с Сутой меня интересовали больше беготни по свиданиям, чем охотно занимались другие девочки. С появлением Ансэля моя жизнь изменилась, в ней появилось место для чувств. В отношениях с ним я испытала большую гамму эмоций. Я не встречала дроу до этого, его внешность, повадки все было диковинно и не могло не привлечь внимания. Хотя поначалу я немного боялась, истории про жестокость дроу дошла и до нашей деревни, а он не опровергал, иногда я замечала в нем это, местами Анс совершал поистине пугающие вещи. Но он научил не бояться, даже когда есть причины. С ним было интересно, необычно. Я узнала, что именно его ответственность многие незаконные вещи, происходящие в этой части Тенебриса, но старалась делать вид, что не замечаю этого, Ансэль прав, я не приняла его полностью.

Я слышала о дроу и когда начала отношение с Ансэлем, узнала еще больше. Многое он рассказал сам, а некоторые вещи проведала из разных источников. Когда я думала, что нет ничего, способного помешает нам быть вместе, мне было доказано обратное. Я была невинна, когда мы познакомились, Ансэль не раз хотел зайти дальше, но я была не готова, просила подождать, Ансэль соглашался, говорил, что это не проблема.

Однажды я пришла к Ансэлю, когда мы не договаривались, Сута перенес занятие, и я решила, что хочу провести это время с ним. Я оставила монету в дереве, как он и учил. Встретил меня один из его товарищей, он провел меня внутрь без лишних вопросов, так как все уже давно знали обо мне. Прошла по известному коридору и когда открыла дверь, все внутри меня оборвалось. Ансэль был не один. Эту картину я забыть не могу, как бы не старалась, как он вбивается в темноволосую девушку, а другая ласкает его, методами, о которых я даже не знала. Я убегала оттуда так быстро, не желая останавливаться, боялась, что все нахлынет на меня прямо здесь. Смогла выдохнуть только возле реки, шум воды заглушал всхлипы, я надеялась на это, хотя крик не глушил. Мне казалось, мое сердце рвется на части, такой боли я не испытывала никогда. В этот день больше не стало нас.

Ансэль нашел меня чуть позже. Он лег рядом со мной на траву и также уставился в небо, где уже виднелась луна.

– Почему? – все, что я смогла из себя выдавить, я хотела знать, почему Ансэль так поступил со мной, ведь сам сказал, что любит, неужели это все было пустым?

– Я дроу Катарина, я не скрывал своей натуры. Моногамия не наша сильная черта, – он сделал заминку, ненадолго. – Мне жаль, что ты увидела это и что испытала всю эту гамму эмоций, правда.

До меня не сразу дошел смысл его слов. Он не жалел о том, что изменил мне и в принципе не считал, что сделал что-то не так. Ему жаль, что это стало болезненно для меня.

– Разве когда любят, могут касаться других?

Он стер слезы с моих щек, едва заметным прикосновением. Тогда я перевела взгляд на него. Он был красив, своей особою красотой. Даже сейчас мне хотелось чувствовать его, казалось, что пока Ансэль не пришел, мне было больнее.

– Все дело в том, как ты на это смотришь. Для меня моя любовь к тебе и секс с другими не одно и то же. Я испытываю похоть к ним, но там нет места нежности, заботе и любви. Ни с кем из них не пойдешь на свидание, не будешь вести разговоры или просто лежать, касаясь друг друга, никого из них не хочется поцеловать, вкладывая в это всю свою душу, – Анс провел рукой по моей шее, уткнувшись носом в щеку. Хотелось кричать от такой несправедливости.

– Считаешь, это должно помочь?

– Я не знаю. Я не хочу, чтобы ты плакала из-за этого, не хочу, чтобы тебе было больно, но это возможно только, если примешь эту часть меня.

– Если бы я не хранила так невинность, если бы у нас было… – произнести это вслух было немного неловко, но я знала: он поймет и так, что я имею виду. – Это бы что-то изменило?