Асвейг села напротив и тут же закуталась в плащ. Не хватало ещё, чтобы он её разглядывал в мокром и прилипающем к телу платье. И так до сих пор в груди нехорошо томит - до того, что вернуться хочется в тот проклятый источник.
- Просто прекрасно. Тебе советую, - сощурившись, ответила она.
- Да нет, я уж подожду, когда Ингольв оттуда вылезет.
Видно, догадавшись обо всём, трелль успокоился и даже повеселел. Врочем, викинг задерживаться с купанием тоже не стал, совсем скоро вернулся, хмурый и напряжённый, будто тетива. С ним зубоскалить Гагар не стал: от него и тумака получить можно. Втроём они застыли у костра, не зная, о чём говорить и надо ли говорить вовсе. Слишком долгим показалось отсутствие Лейви, хоть тот вернулся ещё до темноты с хорошей добычей, которой должно было бы хватить на пару дней.
Удивлённо скальд обвёл всех взглядом.
- Стоит оставить вас ненадолго, как вы уже разругались.
- Мы не ругались, - махнул Ингольв рукой и, забрав убитых Лейви зайцев, ушёл подальше в сторону.
Там он уселся на торчащий из земли камень и принялся сердито обдирать тушки.
- Ты виновата? - с укором посмотрел скальд на Асвейг. Та аж вспыхнула от несправедливости.
- Да почему сразу я?!
- Сама знаешь, почему. Не Гагара же винить. Вам бы разбежаться друг от друга подальше. А вон, идти вместе вынуждены до самого Гокстада.
Лейви досадливо покачал головой и ушёл, видно, тоже отдохнуть в горячем источнике после охоты. Гагар подозрительно проводил его взглядом.
- Что-то я себя дураком чувствую. Похоже, знаю тут меньше всех. Асвейг украдкой покосилась на Ингольва и вздохнула.
- Радуйся.
Глава 14
Два дня почти не стихающего дождя сильно задержали в дороге; пришлось даже строить укрытие из веток, чтобы не вымокнуть до нитки - а там и захворать легче лёгкого. Но, слава богам, ливень, который временами становился тихим и нудным, но всё равно не выпускал наружу, прекратился в одну из ночей. От сырости и промозглости уже хотелось выть, а потому, как только поутру вышло солнце, все с радостью и без лишних разговоров снова отправились в путь. К тому же, до поместья бонда Кнута Датчанина оставалось всего полтора дня пути. А ведь ты ж погляди, непогода заставила отсиживаться в шалаше, бок к боку со спутниками гораздо дольше.
Асвейг лишь только смогла отойти дальше, чем на шаг, снова стала держаться от Ингольва в стороне, словно ещё опасалась, что он начнёт распускать руки. До только казалось ему, что причина вовсе не в том: уж он свои намерения объяснил -яснее некуда. Спору нет, понимание того, что девушка, скорей всего, желает его так же сильно, как он её, тешило самолюбие. Но охлаждало пыл одна лишь мысль: всему этому причина связь между ними. Порой он ловил на себе сердитый и в то же время задумчивый взгляд Асвейг, словно она решала, не стоит ли его убить, чтобы разом избавиться от проблем. Гагар после того злополучного купания посматривал ничуть не добрее, а потому пришлось повременить с его обучением, отчего трелль негодовал ещё больше.
Только Лейви, казалось, пребывал в благостном расположении духа. И ничто-то не могло его испортить. Несмотря на то, что весь последний день пришлось идти полуголодными: дичь словно разбежалась на многие мили вокруг - он вовсю сыпал какими-то невероятными байками. А иногда принимался мечтать о том, как хорошо будет под крышей да в тепле провести хоть одну ночь и поесть за столом.
Осталось пережить всего-то одну стоянку, а к следующему полудню можно было рассчитывать добраться до Кнута.
- Готовься, Гагар, - проговорил Ингольв, когда все, похлебав варева из остатков солонины, начали собираться ко сну.
- К чему мне готовиться? - криво усмехнулся трелль, расстилая войлок. - Уж не в воины ли меня посвящать собрались?
- Ты слишком дерзок для раба, - Лейви подкинул в костёр веток и выпрямился во весь солидный рост. - Что-то подсказывает мне, что раньше тебя за это много били.
- Сколько ни били, а я всё жив, - тот пожал плечами.
- Это можно исправить, и никто мне слова не скажет, - пригрозил Ингольв, и Гагар набычился, удержавшись от очередного ехидства. - Тебе надо бы приготовиться к тому, что у бонда Кнута я соберу свидетелей и дам тебе свободу. А это тоже тяжкий груз для некоторых. Там-то можешь проваливать, куда угодно и скалиться перед кем хочешь.
- Вот уж не надо, - расхохотался Лейви. - Мне за него потом отвечать, если он какого воина обидит. Всё ж я, получается, его хозяин. Не было печали…
А трелль даже застыл, открыв рот, словно оглушенная веслом рыбина. И непонятно было, рад он или, наоборот, расстроен этой вестью. Асвейг тревожно заглянула ему в лицо, о чём-то спросила. Тот мотнул головой, совершенно по-дурацки улыбаясь. Стало быть, всё же рад.
- Спасибо, - только и смог вымолвить он.
- Благодарить будешь, когда всё свершится, - Ингольв безразлично отмахнулся.
