Второй солдат трусцой умчался в темноту.
– Как вас зовут? – спросил он более мягким тоном.
– Леди Эйвин Бэннон, – ответила я.
Его глаза округлились, когда он окинул взглядом мою одежду и волосы.
– Мой отец – лорд Майкл Бэннон из Грейстоуна, – добавила я, надеясь, что эта деталь заставит его поверить моим словам.
Второй солдат вышел из переулка и кивнул своему напарнику, после чего отозвал в сторону друзей Роберта для беседы.
– Они утверждают, что она напала на него, – выкрикнул он.
– Это неправда! – Он должен поверить мне. Мне. Потому что я говорила правду. Солдат, который спас меня, поморщился и вытащил пару блестящих наручников из-за широкого черного пояса.
– Боюсь, мне придется взять вас под стражу, миледи, – неохотно сказал он.
Он просто выполнял свою работу. Следовал законам. В конце концов правда восторжествует.
– Как только у нас будут показания всех свидетелей, мы во всем разберемся, – заверил он меня.
Я протянула руки. Железные путы защелкнулись на моих запястьях, обжигая мою кожу так, будто их только взяли из кузницы. Я закричала от боли, отчаянно пытаясь снять с себя наручники или хотя бы немного ослабить. Но они, чертовки, плотно прилегали к запястьям. Мне казалось, что если я не сниму их прямо сейчас, то яд, которым они были пропитаны, прожжет кожу и кости насквозь, отрезав мне руки.
– Снимите их! Пожалуйста! Умоляю вас! Прошу. Я пойду с вами и так, обещаю. Только, пожалуйста, снимите их. – Как бы я ни старалась, у меня не получалось снять оковы.
Солдат подошел поближе, чтобы взглянуть на мои руки, а затем так же быстро отпрянул. Его лицо побледнело.
– Эта женщина – ведьма!
– Я не ведьма! – вскричала я, дрожа всем телом. Я потерла наручники о свои юбки в бессмысленной попытке стереть с них яд. – Снимите их. Пожалуйста, я вас умоляю. Мне больно.
Солдат, который всего минуту назад был так добр ко мне, сжал мой локоть стальной хваткой и поволок по улице. Он тащил меня, спотыкающуюся и рыдающую, до самой крепости на берегу реки, где провел меня через решетчатую дверь и по покрытой плесенью лестнице.
Мы миновали пост охраны, а затем прошли по коридору к пустым камерам. Единственным источником света была свеча, стоявшая на столе, за которым сидел изможденный старик со связкой металлических ключей на поясе.
Увидев нас, тюремщик поднялся и, шаркая ногами по полу, направился к первой камере, чтобы со скрипом распахнуть дверь. Внутри камеры было пусто, а сесть можно было лишь на грязный пол, с клочками плесневелой соломы.
– Прошу. – Я протянула руки, умоляя снять кандалы.
– Я что, по-твоему, похож на глупца, ведьма? – прорычал старик. – И даже не думай читать заклинания.
Говорить ему, что я не ведьма, было бессмысленно. Он мне все равно не поверил бы.
– Что со мной будет?
– О тебе доложат властям, далее судебное разбирательство и приговор.
Я прижала ладони к глазам и дала волю слезам, хотя от них не было никакого прока. Ничего уже не изменить.
Как я собиралась спасти Риана, если не могла спасти даже себя?
Из темного угла послышался шорох. Мыши или крысы? Я пододвинулась поближе к решетке.
Боль в запястьях в конце концов немного унялась. Все будто онемело.
В темном коридоре раздались шаркающие шаги. Я подняла глаза и увидела мужчину в великолепном черном костюме, который смотрел на меня с бесстрастным выражением лица.
– Сними чары и покажи истинное лицо, – потребовал он, строго глядя на меня поверх очков.
– Какие еще чары? – Я потянула себя за волосы. Расцарапала себе лицо. Оправила платье, заляпанное кровью. Это и было мое истинное лицо. Я леди, которую удерживали в неволе.
Жгучая боль от наручников лишь подстегивала гнев, вскипевший во мне.
Мужчина вытащил из-под мышки огромную записную книгу и сделал в ней пометку.
– В каких отношениях ты была с жертвой?
С жертвой? Жертва в данной ситуации была я, а не Роберт!
– Я не знала его.
Мужчина перестал писать.
– Свидетели сказали, что он был твоим женихом.
Я свирепо посмотрела на него.
– Почему ты напала на невинного человека, ведьма?
– Этот монстр пытался изнасиловать меня, – прошипела я, вскакивая на ноги.
На тонких губах мужчины заиграла легкая усмешка.
– Свидетели утверждают, что ты сама бросилась ему на шею.
В этот момент я поняла, что мне не победить. Я могла привести кучу доказательств своей невиновности, но пока все считали меня ведьмой, никому не было дела до правды.
Я указала на него пальцем, желая на самом деле быть ведьмой. Чтобы наслать на этого мерзкого человека проклятие.
– Я рада, что он мертв, – прошипела я. – Я рада, что убила его, чтобы он больше не дурил наивным девушкам головы. Я бы убила его снова, если бы у меня была такая возможность!
Тюремщик вскочил со стула, схватил металлическое ведро и окатил меня водой через решетку.
Я закричала, падая на колени.
Это не вода. Кислота, сжигавшая мои кожу и плоть.
Как мне избавиться от нее? Она ведь расплавит меня до костей. КАК УНЯТЬ ЭТУ УЖАСНУЮ БОЛЬ?
– Чем ты облил ведьму? – спросил надменный мужчина, глядя на меня свысока, будто я не более чем червяк у него под ногами.
