А когда август сменился сентябрем, я оставила надежду.
Роберт Тренч был первым мужчиной, который разбил мне сердце.
Кейден Мерривезер положил конец моим наивным представлениям о любви и отвратил меня от всех других мужчин.
И он стал причиной, по которой я смогла посмотреть в испытующие голубые глаза Риана и ответить со всей честностью:
– Да.
Риан опустил взгляд на мою вздымающуюся грудь, потом медленно скользнул к моим губам, отчего у меня внизу живота разлилось тепло. Затем он улыбнулся и спросил:
– Мне раздеть тебя сейчас или подождать, пока ты доешь тарт?
Желание в потемневших глазах Риана будто стало отражением моего собственного. Поддаться соблазну было так просто.
Я хотела его.
Все, что мне хотелось сделать, это ответить на его вопрос.
Вишневый тарт мог и подождать.
– Сейчас, пожалуйста.
Как дикий зверь, сорвавшийся с привязи, Риан бросился вперед и схватил меня за затылок, впившись в мои губы жгучим поцелуем. От пьянящего вкуса вина на языке и магии в воздухе у меня закружилась голова. Я всем телом прижалась к Риану и схватила его за воротник рубашки, притягивая к себе ближе, хотя мне по-прежнему не хватало его близости. Я забралась к нему на колени, оседлав его бедра.
Одним поцелуем он лишил меня всех причин, по которым я не должна была хотеть его, оставив только темноту и непреодолимое томление, растущее глубоко в моей душе.
Риан отстранился, и в его руке появился изогнутый кинжал. Он приставил лезвие к моему горлу.
– Ты боишься меня? – спросил он.
– Нет. – Я не боялась. Ни Риана. Ни последствий. Не сегодня.
Ледяная сталь прижалась к моему горлу, скользнув по нему вниз, пока не подобралась к вырезу платья, скрывавшему округлости груди.
И порезала меня.
– А должна, – прошептал он, завороженно наблюдая за струйкой крови, которая потекла по шее. Мое тело воспламенилось, когда Риан провел кончиком пальца по всей длине раны, размазывая темно-красный цвет по лифу платья. Он поднес палец ко рту и облизал его.
– Что ты делаешь? – Фейри ведь не пили кровь.
Цвет его глаз сменился с голубого на черный.
– Я только наполовину фейри, – признался он и слизнул кровь с губ. Риан перехватил рукоять кинжала и провел острием по моей грудине, надавливая не так сильно, чтобы пустить кровь, но достаточно, чтобы оставить белую линию на коже. Он прижался к моему уху и прошептал: – Моя мать – ведьма.
Он провел лезвием по корсажу платья, разрезая ткань с такой легкостью, будто она была соткана из паутины.
– Расскажи мне, где он тебя трогал, чтобы я стер все воспоминания о его прикосновениях. – Риан приспустил рукав моего нижнего платья. – Здесь? – прошептал он, уткнувшись носом в мое обнаженное плечо.
У меня перехватило дыхание.
– Да.
Его губы коснулись моей ключицы. Горячий язык скользнул к ложбинке между грудями.
Когда Риан отстранился, я дрожала всем телом.
Он обхватил руками мои груди.
– Он прикасался к тебе здесь?
Магия проникла под мою сорочку, и тысячи призрачных пальцев затанцевали вокруг моих бедер. Он наклонил голову, чтобы прикусить через ткань сосок. Я выгнула спину дугой, подаваясь навстречу его ласкам.
Каждый его взгляд ощущался как интимная ласка. Каждый вход и выход сами по себе доставляли удовольствие. Каждое прикосновение воспламеняло, доводя меня до безумия.
Я открыла рот, чтобы закричать, но из моего горла вырвался лишь стон.
Движение его языка, зубов стали моей погибелью.
Риан взялся пальцами за нижнее платье и сорвал его с меня. Мои щеки вспыхнули от смущения. Он смотрел на меня, пожирая глазами мое обнаженное тело и заставляя меня дрожать от предвкушения.
Когда он снова припал губами к моей груди, желание во мне разгорелось с новой силой. Риан провел ладонями по моей талии, по внутренней стороне бедер, прежде чем оттянуть мое нижнее и погрузить палец внутрь.
– Здесь?
Я кивнула, уткнувшись лбом ему в шею.
– Не прячься. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня. – Свободной рукой он сжал мои волосы в кулаке и откинул голову назад. – Ты чувствуешь это? – Его рука начала светиться. Я подалась ему навстречу, тая от его прикосновений. – Ты будешь хотеть меня так же, как я хочу тебя.
Риан разжигал во мне пламя желания.
Заставлял меня гореть.
Я запустила руку в его брюки и обхватила его плоть – твердую, как мрамор, и такую же гладкую. Я чувствовала себя неуклюжей, но то, как Риан чертыхался и дрожал от моих неумелых движений, придало мне уверенности.
Риан ласкал меня все настойчивее, и я усилила хватку на его длине, подстраивалась под его темп.
– Сколько раз ты была с ним? – прохрипел он, большим пальцем нащупывая клитор. Его пальцы проникали все глубже, вырывая из меня очередной стон. – Сколько раз я должен овладеть тобой, чтобы ты почувствовала меня, и только меня?
– Один раз, – призналась я. Мой первый и единственный раз был неловким, пусть и милым, болезненно-прекрасным, но не таким уж долгим.
Риан отпустил мои волосы и немного отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
– Один раз? – уточнил он.
Я кивнула.
